Книга Её единственный омут спасения, страница 140 – Екатерина Звёздная

— Думаешь, я связана с этим сильней, чем нам кажется?

— Кто знает. Но Эпонея говорит: ты одна из кандидаток на её место.

— Как‑то не очень хочется его занимать, — буркнула в ответ.

— Твоё право — никто никого силой никогда не принуждал. Уж не скажу, как это бывает, но по записям многие Эпонеи не сразу принимали эту должность. А кто‑то становился сразу.

Я помолчала, переваривая информацию. Если я могу помочь найти правду — это меняет многое. Моя привычная скучная жизнь без привязанностей давно закончилась. Но от мысли, что я могу оказаться втянута в ещё большие проблемы, внутри всё сжималось.

Стиснув Карлана в объятиях, потёрлась носом о его грудь.

— Что такое?

— Страшно.

— Всё будет хорошо, — он поцеловал меня в макушку. — Я с тобой. И Эпонея не даст тебе попасть в неприятности.

— Я не должна была в них попасть ещё тогда, но вместо этого каким‑то образом оказалась перерождённой. Да ещё и в этом теле.

— А я рад. Если бы не это, давно бы что‑то случилось.

— Но это всё очень странно. Отец, возможно, знает причины. Я боюсь, что ответы на многие вопросы он может дать, и они не обязательно будут радостными.

— Остаётся только спросить.

— Как думаешь, это проделки мист? Эти ратио? Возможно, Неведанное решило что‑то изменить? А может, мы просто всё надумываем, и это всё — план Империи?

Карлан молчал. Видимо, вопросы, которые я озвучила, не давали покоя ему уже давно.

— Я знаю только одно: Империя не могла сама приложить к этому руку. Обязательно должна быть сила, которая связана с психеей или знает о ней. Иначе они не нацелились бы так легко на меня двадцать лет назад.

Он замолчал. Широкая ладонь погладила меня по спине, словно стараясь придать сил.

— Меня волнует ещё кое‑что: вдруг кто‑то из хранителей и святых уже пострадал, а мы об этом не знаем? Возможно, они приложили руку к другим и устранили потенциальную угрозу.

— Что ты имеешь в виду? — я подняла взгляд на его задумчивое лицо.

— Со слов Эпонеи, должны были уже появиться кандидаты на место последнего хранителя. Но за прошедшие три десятка лет они так и не появились. Конечно, святая тоже не объявится, если нет хранителя.

— Ты думаешь, кто‑то мог устранить одного из кандидатов?

— Возможно, что и не одного, — пробормотал Карлан.

— Если так, то это плохо.

— Да. Но Эпонея сказала, что в течение ещё пяти лет должен объявиться ещё один кандидат — последний. Его необходимо найти.

— Мы можем узнать, кто он?

— Пока на нём не проявится метка, это сделать невозможно.

— А когда проявляется метка, Эпонея сразу видит, что кандидат появился?

— Да. И не только Эпонея. Я об этом тоже узнаю.

— Но тогда как таинственные силы узнают о кандидатах и устраняют их до того, как появляется метка?

— А вот это уже вопрос без ответа. Ни у меня, ни у Эпонеи нет предположений.

— Остаётся только вариант с провидцем. Возможно ли, что у них есть кто‑то, способный видеть будущее?

Карлан нахмурился, почесал бровь и устало выдохнул:

— Возможно. Если дело касается мист. Именно они связаны с рождением, смертью и перерождением душ. А раз заведуют всеми этими делами, то должна быть взаимосвязь.

Я вздохнула, вновь обратив свой взгляд на сад.

— Эпонея как‑то назвала меня провидицей. Почему?

— Она сказала, что ты способна предсказывать. Так ей нашептала психея.