Книга Последний принц, страница 10 – Эстер Пак

Сол замолчал и перевёл взгляд на Канюль, Чонха и Санёна, словно что-то обдумывая. Через мгновение он решительно кивнул.

— Вы трое пойдёте со мной.

— Куда? – хором спросили друзья.

— В кабинет председателя.

Следуя за профессором Солом, трое пересекли широкий коридор. Он вёл к главному зданию Каонской академии, где находились кабинет председателя и конференц-залы для преподавательского состава. Ученикам здесь было нечего делать. Никто из них ни разу не видел председателя, и было неясно, почему она внезапно вызвала профессора. Так же как и то, почему профессор решил взять их с собой. Но раз он велел идти, оставалось только подчиниться.

В воздухе витала прохладная влага, присущая местам, где редко ступает нога человека. Канюль украдкой подняла взгляд на портреты, украшавшие стены. На них были изображены люди в пышных традиционных нарядах, и каждый портрет выглядел величественно и внушительно.

— Это… – начала она, но тут же услышала ответ:

— Да, – кивнул Санён. – Это члены королевской семьи свергнутой династии Каон. Их всех уже нет в живых.

Взгляды обоих устремились к портрету в самом конце коридора. Он изображал детей – последних принцесс и принцев династии. Их лица были мрачны, словно они уже знали, какая судьба им уготована.

— Нет в живых, – пробормотала Канюль.

До неё доносились слухи об этом. Династия Каон пала, Ким Хивон взошёл на вершину власти, и вскоре после этого королевская семья бесследно исчезла.

— Старший принц погиб во время учебной поездки: его корабль неожиданно затонул. Вторая принцесса разбилась, упав с лошади. Третья принцесса погибла при крушении поезда, – тихо произнёс Санён.

Канюль удивлённо посмотрела на него. В его карих глазах затаилась мрачная тень. Это было непривычно: обычно он только улыбался.

— А затем Чжихо… Нет, четвёртая принцесса. – Санён задержал взгляд на самом младшем ребёнке на картине. – Однажды зимой она оступилась на замёрзшей реке, провалилась под лёд и утонула.

На портрете принцесса держала за руку маленького мальчика, который, судя по всему, только начинал ходить. Черты его лица показались Канюль смутно знакомыми.

— Санён, но откуда ты?.. – начала она, но не успела договорить.

— Заходите! – раздался впереди голос профессора Сола.

Он придержал дверь главного здания и взглянул на троих учеников. Санён поспешно сбросил мрачное выражение с лица и кивнул, приглашая их войти.

— Пойдём.

— А, да… – пробормотала Канюль, но, прежде чем шагнуть вперёд, ещё раз обернулась к портретам.

Что-то в них тревожило её. Какое-то непонятное ощущение.

— Сюда.

Минуя массивную дверь, они оказались в торжественной приёмной. Из огромного витражного окна открывался вид на залитый солнцем двор академии, но в самой комнате застыла тяжёлая атмосфера. Будто здесь накопился вес прожитых лет.

По указанию профессора Сола они заняли места.

— Добро пожаловать.

Из смежной комнаты появилась незнакомая женщина в традиционных одеждах бледно-нефритового цвета. Её седые волосы были аккуратно собраны в пучок, а в облике отсутствовала малейшая небрежность. Черты лица выдавали зрелость, а в глазах холодно поблёскивал ледяной свет.

— Госпожа председатель, рад вас видеть спустя столько времени, – поздоровался профессор Сол.

И только тогда до Канюль дошло, кто перед ней. Это была Чон Окчжу, председатель Каонской академии.