Книга Восьмая нота Джокера, страница 61 – Алёна Нова

─ Тогда давай руку. Иногда, Мишань, это всё, что нужно сделать – принять руку помощи. Примешь мою, маленький монстр?

И я решаюсь. В конце концов, это чудовище я боюсь иначе. Кто бы вообще знал, а? Что чудовищ можно бояться по-разному?

─ Вот так, ─ прижимает меня к себе, едва оказываюсь в его руках, и когда знакомый запах кожи с парфюмом попадает в мой нос, сердце стучит чуть медленнее. ─ Реально собралась полетать, идиотка?

Не успеваю ничего сказать, как его губы накрывают мои в каком-то диком, безумном порыве, а меня саму усаживают на подоконник. Ян вторгается языком в мой рот, а бёдрами ударяет между моих ног, и он такой твёрдый везде, что мысли о только что пережитом кошмаре стремительно покидают голову.

Отвечаю ему с тем же отчаянием. Вцепляюсь в светлые волосы с силой, и он стонет, сжимая мои бёдра, наверняка оставив пару синяков. Пальцы тут же гладят обнажённую кожу, забираясь всё выше под юбку, и я почти вишу в воздухе, удерживаемая только его руками, стоит ему сдвинуть меня ближе к себе.

Между нами невесомость.

И в то же время, жар, растекающийся по телу вместе с жадными прикосновениями, не даёт совсем улететь, пригвождая к земле. Напоминает о том, что крылья – это ненадёжно, особенно когда несут тебя к палящему солнцу…

Это отрезвляет меня раньше, и я пытаюсь отодвинуться, только Царёв не даёт. Утыкается носом в шею, горячо дыша, касается губами чувствительного места, куда недавно укусил, а я не знаю, как быть. Я, кажется, вообще больше ничего не знаю, кроме того, что окончательно потеряла рассудок.

─ Ты сломал двери, ─ замечаю, не способная больше ничего произнести.

─ Пусть докажут, ─ всё ещё не отлипает от меня, покусывая кожу, будто снова собираясь оставить на мне след.

Свет включается резко, и мы будто оба просыпаемся от сна – было сладко, но не стоит к такому привыкать. Для здоровья плохо.

─ Мне домой надо, ─ слезаю на пол, и Ян не мешает – только какое-то время смотрит, как я поднимаю сумку, судорожно проверяя, не потеряла ли чего.

─ Подвезу.

─ Я не… ─ хочу как можно скорее уйти и сердцем понимаю, что это не из-за Абрамова и его тупой шутки. Мне нельзя находится с Царёвым так долго – я перестаю себя контролировать с ним.

─ Идём, ─ не слушает, отбирая мои вещи, и ведёт на выход.

Дышу.

Просто делаю вдохи, до сих пор ощущая его вкус на своих губах, и понимаю, что в лёгких теперь не кислород. Всё заполнено блондином, и место для воздуха вытеснено им полностью.

Охранник провожает нас скучающим взглядом, будто его даже не волнуют вновь задержавшиеся в школе детишки, а я могу думать только о парне, ведущем меня за собой. Ян молча усаживает меня на байк, играя желваками на скулах, и я не знаю, на что он злится, но почему-то хочу, чтобы сорвался.

Накричал на меня, обозвал… Не знаю, хоть что-нибудь, только бы не перемалывал внутри себя то, что сейчас было на душе.

Вместо этого отвозит домой, и всю дорогу его мышцы напряжены до предела, словно Ян изо всех сил сдерживается. Я вообще ничего не вижу по пути – наверное, запоздалый шок сделал своё дело, и из-за этого кажется, что время пролетает со скоростью света, как только останавливаемся недалеко от моего дома.

─ Приехали, принцесса, ─ всё ещё злится, встав слишком близко, и явно собирается снова поцеловать, потому что наклоняется, но тут я замечаю подъезжающую машину.