Книга Восьмая нота Джокера, страница 37 – Алёна Нова

─ Я превращу твою жизнь здесь в кошмар, поняла? ─ визжит, а я уклоняюсь, хотя уже через секунду чувствую на щеке порез – задела всё-таки своим наращённым когтём.

Подношу руку к лицу и вижу кровь.

Смотрю на неё пару секунд, и внутри поднимаются штормовые волны.

─ Ты можешь попытаться, ─ киваю с улыбкой, сама кидаясь к Лике с одним намерением.

Оно горит в крови, и я реально готова броситься в драку, когда вдруг в сторону блондинки летит что-то из еды. Я, как в замедленной съёмке перевожу взгляд на виновника, и это оказывается Тая, готовя новый снаряд, а именно, подбрасывая яблоко, явно свежестыренное у кого-то.

─ Драка! ─ вопят парни, собираясь начать сражение уже между собой, и плевать им, какая была причина.

В этот самый момент, когда все отвлечены представлением, а в кафетерий заходят учителя, едва не попадая под обстрел, вокруг моей талии обвиваются чьи-то руки, утягивая меня из толпы под шумок.

─ Тихо, ─ слышу голос Царёва, дёрнувшись от неожиданности.

─ Пусти!

Но он не слушает – тащит куда-то, а я даже не сразу понимаю, что здесь есть ещё один выход. И пока слышатся всё отдаляющиеся крики, мы уже оказываемся в другой стороне одного из многочисленных коридоров, теряясь среди шатающихся школьников, а потом меня затаскивают в медицинский кабинет, запирая дверь.

Тот факт, что мы опять наедине, доходит слишком медленно. Адреналин ещё бьёт по венам, и мозг вдруг начинает подбрасывать мне совсем уж дикие идеи по поводу всей этой ситуации.

─ Зачем ты меня сюда привёл? ─ складываю руки на груди, потому что этот бешеный опять смотрит на меня слишком странно.

Меня даже морозит от этого взгляда, не упускающего ничего, а потом снова кидает в жар, и так по кругу.

Неуютно.

Не привыкла к такому.

─ А что, хотела там остаться? ─ тянет лениво, на что я только плечами пожимаю.

─ Всё равно штраф получу, так какая разница? И вообще, тебе-то что с того?

Мне и правда интересно, почему он вытащил меня, а не свою красотку-бывшую, потому что если объективно, я бы вряд ли выбрала себя.

─ Считай это платой за то, что матери не выдала. Ненавижу быть должным, ─ хмурится, а мне зачем-то хочется разгладить эту морщину между его тёмных бровей, и приходится мысленно себе врезать.

─ Что, дома бы прибили за такое?

─ А это уже не твоя забота, Мишань, ─ напрягается от вопроса, и я понимаю, что попала в точку, особенно если вспомнить их вечные ссоры с отцом.

Пока размышляю, продолжает изучать меня.

Замираю, предчувствуя неладное, а Ян сокращает между нами расстояние, вынуждая отступать. Делаю несколько шагов, тут же врезаясь в кушетку, попавшуюся под ноги, и падаю на спину, второй раз за утро оказываясь в таком положении.

Царёв тоже это припоминает, но смотрит так серьёзно, что я не могу заподозрить его в чём-то. Он не хочет сейчас шутить. В его глазах пугающая решимость, и едва я хочу открыть рот, блондин делает это первым, внезапно прикасаясь губами к царапине на моей щеке. А потом проводит по ранке языком.

У меня нет слов.

В голове мгновенно пустеет, и мне трудно даже придумать оправдание, почему я лежу, не шевелясь, ничего не делая, чтобы его оттолкнуть, как должна была в первую же секунду.

Но мозги быстро возвращаются на место, стоит ощутить его дыхание на своих губах – это слишком близко для нас двоих.