Книга Восьмая нота Джокера, страница 117 – Алёна Нова

─ Что он сказал?

─ Что наконец-то можем быть вместе, как мы оба того и хотели. Оба, блин, ─ опять смеюсь, и кто-то вытирает мои слёзы. ─ Говорил, какая я особенная, и что он долго этого ждал…По идее, я понимала, что передо мной просто псих, и ему надо лечится, но соображалось трудно. Да я и никогда не была в такой ситуации, чтобы знать, как действовать, поэтому сразу послала его. Разозлила. Не буду вдаваться в подробности, но три дня я просто сидела в тёмном подвале и каждый день он приходил, чтобы узнать, поменяла ли я своё мнение на его счёт. Он был убеждён, что я его люблю и просто обижена. Ха…

Говорить дальше всё сложнее, но в то же время я чувствую, как тяжеленная плита исчезает с моей груди по мере того, как слова продолжают срываться. Мне не хочется заново это переживать, только и остановиться уже не получится.

─ Мне повезло с мамой. Когда я в первый раз сказала ей о своих подозрениях, она меня не высмеяла, не сказала, что мне могло просто показаться – приняла к сведению. Наверное, только это меня спасло. А ещё то, что мой крёстный был полицейским, ─ о нём говорить труднее всего, потому что я до сих пор чувствую себя виноватой. ─ Когда этот урод понял, что за ним уже выехали и узнали, где он меня держит, он занервничал, ещё и я масла в огонь подлила – сказала, что ему он всё равно от них не сбежит. Тогда он взбесился и потерял контроль.

В ноге отдаёт фантомной болью, стоит только прокрутить тот ужасный миг, когда я думала, что всё кончено.

─ Дальше, Мишань. Скажи это, ─ давит Ян, как будто точно зная, что именно творится у меня внутри.

─ После того, как он… искалечил мне ногу, он решил, что убил меня. Я и сама так думала, если честно. ─ Воздух с трудом возвращается обратно в лёгкие после очередного выдоха, но я почему-то всё равно дышу. ─ Очнулась уже под землёй в мешке – видимо, он так решил спрятать тело. Не знаю, сколько времени я там провела, пытаясь докричаться хоть до кого-нибудь, но меня нашли едва живую. Крёстный всё это время не терял надежды, и пока меня откапывали, отправился за ним следом… Они с напарником поймали урода, но у него был пистолет, и он выстрелил в последний момент… Мой близкий человек умер, а эта тварь где-то на свободе!

─ Что ты имеешь в виду, Миш? ─ волнуется Ника.

─ Я видела его сегодня здесь. Хотя, вы наверняка решите, что я просто свихнулась, ─ мотаю головой, будто это поможет выкинуть из неё всё лишнее. ─ Он и до этого делал мне сюрпризы, но я всё на отчима списывала – он в курсе всего этого кошмара, так что я решила, он это специально.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Высвобождаю свои ледяные пальцы из рук Царёва и достаю телефон, чтобы найти фото. К счастью, снимок сообщения всё ещё там, и я рада, что хотя бы это могу показать.

─ Он всегда дарил мне эти вонючие орхидеи после выступлений. И с собой под землю мне их щедро высыпал.

Не знаю, что ребята думают обо мне после услышанного, но мне тревожно. А ещё страшно, правда, стоит Нике начать говорить, я перестаю об этом думать.

─ Миш, а что если твой отчим реально помог выпустить этого маньяка из тюрьмы? ─ предполагает она. ─ Мне, конечно, непонятно, зачем, но это явно какой-то план.

─ Да, ─ соглашается вдруг Макс, переглянувшись с парнями. ─ Хоть и звучит, как бред, но это может быть правдой. Пиздец, конечно, Миш… Извини, у меня других слов нет.