Книга Чайный бунт, страница 136 – Кейси Блэр

Вот оно, следующее препятствие. Рискованно было вот так четко обозначить ей, что мой план включает прямую конфронтацию Ристери с семьей. Однако она заслуживает это знать, прежде чем сделать выбор.

И Лорвин права: ей следовало раньше обо всем догадаться.

Ристери качает головой.

— Он предал меня, и ты права, все куда хуже, чем я думала. – Она закрывает глаза. – Или хуже, чем то, во что могла поверить. Я не могу считать семьей того, кто вытворяет подобное. И не буду. – Она вздыхает и расправляет плечи. – Я в деле. Лорвин?

Не успеваем мы выдохнуть с облегчением, как Лорвин говорит:

— Нет.

— Лор…

— Что вы хотите сделать, обрубить ему источник дохода и сдать полиции? – спрашивает она меня. – Ну арестуют его, он обвинит во всем ведьму, его выпустят, меня казнят. Я, по-вашему, вчера родилась?

У нас нет слов.

Не уверена, что кто-то в этой комнате может защитить ее от такого исхода. Я уже не принцесса, но еще не чайный мастер, и мой голос в ее защиту ничем не поможет. Вот голос Ристери, вероятно, сможет, если она окажется в выигрышном положении, сдав отца. С другой стороны, она может лишиться расположения властей как за предательство семьи, так и за связь с ней. Что до Энтеро… Сомневаюсь, что ему вообще позволят выступить, учитывая специфику его профессии и тайны, которыми он располагает.

Лорвин фыркает:

— Понятно. Так и думала.

Энтеро говорит:

— Я могу подделать документы, будто ты уже давно зарегистрирована.

О духи милостивые, как же я нелепа. Зациклилась на смерти, чести и справедливости, а теперь еле сдерживаюсь, чтобы не треснуть себя по лицу, хотя должна благодарить духов за Энтеро. Хоть кто-то здесь мыслит трезво.

— Ага, и я тебе довериться должна? – спрашивает Лорвин.

Он пожимает плечами:

— Лорвин, ты не можешь повлиять на то, что известно и неизвестно Кустио. Придется работать с тем, что есть.

— Погоди, – вмешивается Ристери. – А ты можешь повлиять на то, что ему известно?

Я моргаю, совершенно теряясь от всего, что она под этим подразумевает.

— Нет, – отрезает Лорвин.

— Но что, если…

— Невозможно.

Ристери прерывается:

— Ты уже пыталась на мне?

— Нет, конечно, – отвечает Лорвин. – У тебя бы мозг расплавился. Наверняка ведьмы и такое умеют, но у меня лучше выходит обращаться с предметами. Так что, хоть я и могу расплавить мозг твоему отцу, вряд ли это кого-то убедит, что с охотой на ведьм надо заканчивать. – Она закрывает глаза. – И если Кустио с такой легкостью прознал про нашу связь, то другим труда не составить сделать то же.

— Ох, – произносит Ристери. Она сжимает губы и спрашивает Энтеро: – Может, ты просто убьешь его? Это должно решить проблему.

Возможно, стоит побеспокоиться, что все вокруг меня такие рассудительные. А может, стоит побеспокоиться, что эта мысль меня больше не задевает. Вероятно, справедливость все-таки интересует меня меньше, чем возмездие, и пора снова посетить святилище и понять, чего я на самом деле хочу добиться.

Энтеро отвечает, не смотря на Лорвин:

— Даже за пределами поместья Тарезимов твой отец под надежной защитой, в основе которой по большей части магия. Я уверен, что могу убить его, но не уверен, что попытка не будет стоить мне жизни.

Лорвин смотрит на Энтеро, осознавая только что сказанное в свете того, в чем он признался ей в начале.