Книга Чайный бунт, страница 108 – Кейси Блэр

— Чашу, которую иначе вы бы вообще не продали, так что сниженная цена все равно оставляет вас в плюсе, – говорю я.

— И почему вы думаете, что я отправлю вас к конкуренту?

— Потому что вы знаете, что в будущем я куплю у вас больше чаш, – отвечаю я, глядя ему в глаза.

Тиано пристально смотрит на меня и резко произносит:

— Что вам нужно?

Слишком быстро. Я что-то упустила.

— Постамент и чаша нужны мне для домашнего алтаря, – начинаю я.

Он кивает:

— Больше ни слова. Я все достану, а вы пообещаете, что заплатите столько, сколько я попрошу.

Я прищуриваюсь, пытаясь понять его мотивы:

— С моей стороны было бы глупо вам доверять.

Тиано ухмыляется, медленно, но в глазах веселья нет. Я прямо чувствую, как Энтеро за моей спиной напрягается.

— То есть это «нет»?

Какие бы взаимоотношения у нас ни выстроились, они без сомнения будут прекращены, если я откажусь от сделки. Логика говорит, что соглашаться нельзя.

Но я все равно улыбаюсь:

— Я рада свободе принимать столь глупые решения.

В этот раз он улыбается искренне, пусть и не широко, и что-то в его взгляде подсказывает, что он тоже огорчен. Возможно, однажды я узнаю причину.

Лорвин открывает ящик в стойке для заваривания.

— Этот сорт больше всего похож на зеленый церемониальный чай, и он не стоит как вагон поезда. Талмери не рухнет в обморок, если ты спишешь его на свои цели.

— На складе есть еще? – интересуюсь я.

— Теоретически да. Но кто знает, сможем ли мы теперь его оттуда добыть.

Склад нынче представляет собой месиво из коробок и мусора, и с каждым моим возвращением он выглядит только хуже. Я бы очень расстроилась, если бы такой хаос царил в месте, которое я считаю домом, но Лорвин отчего-то, наоборот, радуется бардаку.

Звенит колокольчик, Тасейно идет встречать посетителя, при виде которого Лорвин подозрительно щурится:

— Не таких гостей мы хотели бы видеть.

Я оборачиваюсь, чтобы посмотреть, что она имеет в виду. У незнакомца длинные прямые волосы, заколотые сзади, он высокий, стройный, ткань его волшебной мантии ниспадает драпировками. Мантии в государственных школах не особо нарядные, но и не в этом дело – его подбита белой тканью, чего удостаивают лишь самых непревзойденных практиков.

Не успевает он повернуться, я понимаю, кто это. Наши взгляды встречаются, я замираю, округляя от удивления глаза.

Остарио на той стороне зала тоже недвижим.

— Мияра? – робко зовет меня Лорвин.

— Иди в лабораторию, живо, – приказываю я.

— Я тебя не брошу в таком состоянии…

Я отворачиваюсь, чтобы Остарио не мог считать слов по губам, и беззвучно произношу:

— Он ведьмак.

Лорвин моргает, обдумывает только что услышанное и белеет, будто вся кровь разом отхлынула от ее лица.

«Ведьма ведьму сразу чует», – говорила она.

И это не просто ведьмак – он к тому же работает на Исталам.

Лорвин проскальзывает у меня за спиной, Остарио наблюдает за нами, но не произносит ни слова. Духи, надеюсь, она вышла вовремя.

— Что-то срочное? – спрашивает он меня своим глубоким баритоном.

— Да, – отвечаю я.

Он ждет. Мы смотрим друг на друга с противоположных концов зала.

— Однако?.. – говорит он.

— Однако вам это знать не нужно.

Губы Остарио дрогнули в ухмылке. Он подходит ко мне.

Хорошо, значит, он не собирается объявить перед немногочисленными гостями в зале, кто я и что мы знакомы.