Книга Чайный бунт, страница 100 – Кейси Блэр

Скромная улыбка Дэниела полна любопытства: он явно жаждет подробностей – и уже от этого я готова взять на себя что угодно.

— Так, я должен это услышать.

— Я отправила послания чайным мальчикам, – начинаю объяснять я. – На следующей неделе каждый из них отработает три смены и проведет инвентаризацию всего, что есть в чайной.

Дэниел удивленно поднимает брови:

— Как вам удалось их уговорить?

— Я пообещала бесплатно провести для них и их близких чайную церемонию, как только сдам экзамен. Кажется, я намекнула, что получится замечательный подарок для родителей, которые настаивали на их работе в чайной. – Я на миг замолкаю, а затем продолжаю: – Мне немного тревожно, что я могла пообещать что-то невыполнимое – они ведь уверены в том, что я стану чайным мастером.

Дэниел тянется через столешницу, будто чтобы взять меня за руку, но я держу тарелку, и поэтому он только касается моего запястья.

Я тут же замираю.

— Они знают, что вы сделаете все возможное, и верят, что все получится, – говорит он. – Позвольте нам верить в вас, даже если у вас самой это плохо получается.

Затем он берет у меня тарелку и продолжает мыть посуду, словно ничего не случилось. Может, для него и не случилось, но я стою и глазею на него с его непринужденной уверенностью, пока он не прерывает молчание:

— Не думаете, что Талмери будет против?

— Нет. – Усилием воли я возвращаю себя в разговор. – Во-первых, это неплохая реклама, а во‐вторых, для этой задачи требуюсь только я, мои знания и усилия. Я не отберу ресурсов у чайной.

Обрисовываю ему дальнейший план: мы избавимся от всей просроченной продукции, с огромной скидкой распродадим чай, срок которого скоро истечет, переоборудуем склад и внедрим новую стандартизированную систему учета, где сразу будут видны ошибки. Тогда Талмери не сможет записывать чепуху и портить записи без моего ведома.

— Так что я сделаю именно то, что она мне поручила, и даже больше, чтобы у нее не было оснований меня упрекнуть, – говорю я Дэниелу.

— И таким образом отнимете у нее часть ее власти, – заключает он. – Если все получится, то она дважды подумает, прежде чем снова загрузить вас новым объемом работ.

— Но может и не получиться. Как бы то ни было, на следующей неделе мне придется взвалить бо́льшую часть обязанностей на себя. Я уже молчу о том, что надо будет придумать новую систему учета, хотя ни разу в жизни этим не занималась.

— Что ж, – вздыхает Дэниел, – если в первый раз у вас ничего не получится, у вас будет шанс все исправить, раз уж это теперь входит в ваши обязанности. Это и хорошо, и в то же время плохо.

Я издаю истерический смешок:

— Спасибо, что не сказали, что я чокнутая.

— Некоторые люди пытаются выжать из других всю возможную выгоду, – говорит он. – Видимо, Талмери как раз из таких.

Я отвожу взгляд:

— Наверное, я мало чем отличаюсь.

— Получается, я тоже. Думаете, я такой невинный, раз познакомил вас с Тэлсоном и приготовил ужин?

— Это не то же самое.

— И правда, – замечает он.

Я смеюсь:

— Духи, да вы точно юрист.

Он застенчиво улыбается и пожимает плечами:

— У вас есть возможность устанавливать границы дозволенного, и вы должны этим пользоваться. Не стоит этого стыдиться. Но не забывайте, что на это тоже нужны силы.

Я морщусь:

— Да, я уже поняла.