Книга Рыцарь и мотылек, страница 33 – Рейчел Гиллиг

Заиграла новая песня. То ли от эля, то ли от танцев, то ли от ощущения уединения – на широком пустынном поле остались только мы да рыцари, – но одна за другой Провидицы начали скидывать плащи. Я сбросила свой, и мне показалось, что с плеч упало бремя. Будто я избавилась от старой кожи. Шелк трепетал на ветру, и не один рыцарь издал восхищенный вздох, когда наши платья, белые и невесомые, закружились в танце.

Затем чьи-то пальцы сплелись с моими – новый партнер. Его щеки пылали румянцем, глаза сияли синевой, а рот изгибался в улыбке.

— Станцуешь со мной, Провидица? – спросил король Кастор.

Я взяла руку юного короля, и остальные принялись насвистывать и причмокивать губами.

Король Кастор – Бенджи – двигался на удивление легко, несмотря на свои роскошные доспехи, а его рука на моей талии лежала уверенно. Он либо очень старался не сжимать меня в объятиях слишком сильно, либо просто этого не хотел.

— Понравилась тебе передышка от службы? – поинтересовался он, пока мы кружились и мое платье взметалось вокруг нас.

Больше, чем я готова была признаться.

— Я впервые выбралась оттуда.

— Неужели? Как чудесно. – Король сжал мою руку, и мы закружились лицом к лицу. – Знаю, мой приятель Рори доставил вам немало хлопот. И конечно, ты правильно принудила его сопровождать вас на вечернем гулянье. Он тебе задолжал… Вернее, это я задолжал. – Король рассмеялся, говорил он сбивчиво и путанно. Бенджи явно выпил лишнего. – То есть спасибо, что ты никому не сказала о воде из родника, которую увидела у нас прошлой ночью. – Он крутанул меня. – Я бы хотел объясниться, но, боюсь, ты не поверишь, не увидев собственными глазами… – Бенджи усмехнулся. – Прямо как со знамениями.

Мы сделали последний поворот.

— Я хотел бы вознаградить тебя за твое благоразумие по-своему, – сказал король. – Не хочу, чтобы ты сочла меня неблагодарным.

— Вам стоит волноваться не о том, что я подумаю, король Кастор, а о пяти дурных предзнаменованиях, которые вы получили.

Он рассмеялся – грубовато и по-мальчишески.

Я нахмурилась.

— О, я смеюсь не над тобой – Шестая, верно? – Король ухмыльнулся. – Мне нравится твоя убежденность. Ты грозна! А я ценю это в друзьях.

Он мне не друг, и я так ему и сказала бы, но танец закончился, и король отпустил мои руки.

— Я хочу вознаградить тебя, – повторил он. – Пусть не ради твоего мнения обо мне, но в качестве извинения за грубость Рори. – Он заговорщицки подмигнул мне. – Поиграем немного?

Король прошагал к своим рыцарям, по пути захватив кружку эля, и обратился к ним голосом, что доступен лишь истинно пьяным:

— Послушайте, неблагодарные! Прежде чем вернуть Провидиц в их святилище, предадимся-ка древней забаве, коей развлекались в старину даже самые достойные рыцари. – Он напоказ откашлялся. – Родрик Миндашес. Прошу выйти вперед.

Рыцари присвистнули, заулюлюкали, и Рори, смеясь, вышел к королю. Тембр его голоса согревал душу. Низкий, хриплый и бархатный. Он улыбался – и был до тошноты красив.

Свои усмешки, кажется, он приберегал исключительно для меня.

Король Кастор внезапно приобрел откровенно плутовской вид.

— Не желаешь ли принять вызов, друг мой?

По осанке Рори можно было проследить смену его настроений: раздражение, насмешка, подчеркнутое смирение. Тем временем рыцари, исходя восторгом, принялись колотить оловянными кружками по столу.