Книга И полцарства в придачу, страница 97 – Екатерина Полянская

Впрочем, тому, кто отчаянно спешил оказаться внутри, хватило нескольких мгновений, чтобы перешагнуть порог. Матрас прогнулся под тяжестью шмякнувшегося на него тела. Шумное дыхание, которое бывает после длительного бега, послужило не менее раздражающим фактором, чем каждодневные утренние крики. Уютный сон медленно таял.

— Спасайте… — простонал запыхавшийся феерик.

Увы, на Крейра его жалобный призыв не произвел ровным счетом никакого впечатления.

— Полегче там! — Правитель Угодий даже не пытался скрыть недовольства. — Вовсе не обязательно лезть в постель к моей невесте.

Вынырнувшая из-под одеяла Лизка прыснула со смеху. Этот темный неисправим!

— Она и моя невеста тоже! — заспорил Жайдан.

— Ненадолго.

Первой игра в перетягивание невесты наскучила Лизанде.

— Второе обручение, если кто вдруг забыл, мы тоже разрываем, — отбрила вконец зарвавшегося колдуна. Не то с такими успехами однажды утром она рискует обнаружить на себе клеймо: «Собственность Темной короны». Нет, так дело не пойдет!

Мужчина метнул в нее негодующий взгляд, но говорить ничего не стал. Потому что просто нечего было. Решение расторгнуть помолвку было обоюдным и обжалованию не подлежало.

К тому же ничего иного он суженой и не предлагал.

— Так расскажет мне кто-нибудь, что у нас опять стряслось?

Уже и несколько часов спокойно поспать нельзя. Обязательно что-то случится.

Припомнив причину своего появления в покоях колдуна, Жан заметно побледнел.

— Тень… Она хочет меня убить.

Ничего нового. Тенфьяль всегда хочет кого-нибудь убить. Так что Лизка даже удивиться не сочла нужным. Крейр тоже не проявлял особого сочувствия к потенциальной жертве.

— Меньше налево смотреть надо.

— Я что-то пропустила? — По правде сказать, личная жизнь блондина с некоторых пор совершенно перестала интересовать Лизавету. Голубоглазая мечта стала просто другом детства.

— Не сказать чтобы много, — вместо Жана отвечал Крейр. — Вчера ночью, пока ты вела задушевные разговоры с царем, они с Льяной времени зря не теряли.

— Мы только целовались! — счел нужным уточнить художник.

Лизка диву давалась. Нет, с блондином давно все понятно. Но сестрица тоже хороша! Однако высказать своего мнения по данному вопросу девушка не успела.

Многострадальная дверь второй раз за утро шарахнулась о стену. Как еще с петель не слетела!

— Где этот герой-любовник! — От бешенства в голосе наемницы проскальзывали шипящие нотки. Глаза сверкали яростными огнями. Сразу видно — если она и убьет неверного любовника, то отнюдь не удовольствия ради.

Тут и не разберешься, кого жалеть: Жайдана, который до сих пор толком не осознал, чем именно провинился, или обманутую женщину. Лизка подумала хорошенько и склонилась ко второму варианту. Потом прислушалась к чувствам и поняла, что Жана в обиду тоже не даст. Хотя бы по старой памяти.

Но и с поведением художника давно пора что-то делать.

В итоге Лизавета не нашла ничего лучшего, чем умоляюще взглянуть на нареченного. В конце концов, он мужчина, вот пусть и разбирается с проблемами. А ей и Ниадоры предостаточно.

Повезло, колдун попался сообразительный. Короткого взгляда ему хватило, чтобы оценить ситуацию и прикинуть возможные последствия. После чего мужчина равнодушно отступил к окну, всем своим видом показывая, что грядущая гибель феерика его мало опечалит. И вообще Тенфьяль ему как-то ближе.