Книга И полцарства в придачу, страница 8 – Екатерина Полянская

Ели в молчании, поминутно обмениваясь косыми взглядами. В мыслях Лиза успела всеми известными словами обругать одну любительницу подрыхнуть до обеда, когда из недр квартиры послышался шум воды. О, проснулась наконец-то! Можно выдохнуть и успокоиться. Через пару минут придет подруга и спасет от общества своего симпатичного брата.

Но обрадовалась она рано.

— Лиз… — Опять он что-то удумал! — А что ты в ближайшие дни делать думаешь?

Ближайшие — в смысле, до приезда родителей. Ох… Неужели не разыгрывал? Не в плане свадьбы. Красавчик-Жан решил приударить за подругой сестры?

— Ну-у… — глубокомысленно протянула Лизавета, лихорадочно соображая, как бы выкрутиться из щекотливого положения. Особых планов на оставшиеся до выходных дни у девушки не было. Но, кажется, у Жана вдруг ни с того ни с сего возникли планы относительно нее. И это плохо.

Бросит ведь. Насчет их возможного романа Лизка иллюзий не питала. Разные они, слишком разные. Значит, бросит. Достаться с разбитым сердцем, а может, еще и с лучшей подругой рассориться — девушке уж точно не хотелось.

С другой стороны, всю жизнь ведь о нем мечтала!

Бряц! Вилка со звоном покатилась по полу. Это же надо было так задуматься! Не сговариваясь, молодые люди нырнули под стол ловить беглянку. А дальше — как в кино: их глаза встретились, здравые мысли стремительно улетучились, инстинкт самосохранения вообще оказался в нокауте, и Лизавета потянулась к белокурому объекту своих мечтаний за поцелуем. Сколько раз она прокручивала в воображении этот волшебный момент!

Только не то фильм оказался низкопробной комедией, не то под столом было мало места, потому что, неловко повернувшись, вместо губ они соприкоснулись лбами. Ощутимо так соприкоснулись! У Лизки чуть искры из глаз не посыпались.

Чугунный он у него, что ли?! Зато мозги на место встали мгновенно.

— Значит, не судьба, — философски пожала плечами девушка, выпрямляясь. И едва не засмеялась в голос, представив, как они выглядели со стороны.

Жан, покряхтывая и шипя сквозь зубы отнюдь не поэтичные ругательства, делал то же самое.

А вот Славке и воображать ничего не пришлось.

— А что это вы тут делаете?

Смех все же грянул.

Когда веселье прошло, завтрак был съеден, а кофе выпит, созрело решение, что на оставшиеся до возвращения родителей дни Лизавета переберется к друзьям. Так всем будет и спокойнее, и веселее. К тому же Жан между делом обмолвился, что работы у него сейчас много.

Это хорошо. Значит, доставать сильно не будет. И в пределах видимости останется, это вообще замечательно.

Окрыленная открывшейся перспективой, Лизка неслась домой так, будто у нее крылья за спиной выросли. Зубрежка и экзамены позади, впереди лето, солнце и отдых. И целых три дня в одной квартире с Жаном… Может, набраться смелости и попросить художника нарисовать ее портрет? Или лучше пускай себя нарисует ей в подарок. А еще лучше — и то и другое!

Поглощенная строительством планов на будущее, девушка не сразу заметила, что у подъезда ее уже ждали. А когда обнаружила сей прискорбный факт, было уже поздно. Руку выше локтя до боли сжала мужская ладонь.

— Ты?!

Вот как знала, надо было Славку с собой брать.

— Думала, от меня так легко скрыться? — ласково пропел незнакомец, не скрывая, впрочем, недовольных ноток в голосе. — Впрочем, плюс балл тебе за изобретательность. Должен заметить, ты мне уже нравишься.