Книга Целого мира мало, страница 117 – Екатерина Полянская

— Как настроение?

Когда в поле зрения появился до противного бодрый колдун, Лизка с трудом удержалась от соблазна запустить в него чем-нибудь. Желательно взрывоопасным. Останавливало только то, что в руках Крейр держал поднос, на котором пристроились кофейник и две чашки.

— Ненавижу лантов, — простонала временно недееспособная ундина, прикрывая глаза. Яркий свет полуденного солнца оказался невыносимой пыткой.

— За удовольствие надо платить, — усмехнулся добрый темный.

Но шторы все-таки задернул, так что Лизка на него почти даже и не злилась.

— Наш гость уехал?

Оказаться вне основных событий царевне было жуть как обидно, вот она и цеплялась к мужу с вопросами.

— Нет, у него здесь поблизости дом есть. Но уже на территории светлых. Только, подозреваю, сегодня он ночевал совершенно в другом месте.

— Почему?

Прервав завтрак, Лиза обеспокоенно посмотрела на мужа. Хоть бы он не притопил носителя противоположной силы в Спящем озере!

— Уж слишком плотоядно они с Чавифой друг на друга поглядывали.

Страх уступил место смеху.

— Надеюсь, ты сказал бедняге, что она не совсем женщина?

— Думаешь, стоило портить ему отдых подобной мелочью? — пакостно ухмыльнулся Крейр.

И Лизка в который раз задалась вопросом — кто из них на кого плохо влияет?

Но уже через минуту размышлений этот вопрос сменился другим. Вот как-то принято считать, что темные — злые и страшные, а светлые — белые и пушистые. Так ли это? С мерзопакостными натурами подданных Лизка знакома не понаслышке. Но ведь есть Крейр, Яла, в конце концов! Или семейство правителей отличается большей уравновешенностью по сравнению с остальными?

А светлые что же?

В отсутствие иных источников знаний пришлось обратиться к колдуну за разъяснениями.

— Видишь ли, лягушонок… — Крейр в задумчивости даже чашку отставил. — Наши характеры во многом определяют сущности, которые приходится подчинять. Здесь важно соответствие. Заметь, в этом мире только темные и светлые колдуны, все остальные — маги.

— Разве есть разница? — Лизка по-прежнему не понимала, но разобраться хотелось.

Крейр еле уловимо улыбнулся и качнул головой:

— Разумеется. Изначально мы получили свою силу, чтобы охранять Грань, не позволяя потусторонним сущностям проникать в наш мир. Темные были сильны, порывисты и беспринципны, мы были воинами. А светлые владели даром восстанавливать душевный покой. Но годы шли, и в пары нам доставались носители разных даров, постепенно все смешалось. Со временем мы научились подчинять духов, сила темных возросла, а светлые свою почти утратили.

Ундина умолкла, принимая объяснения. Подробностей немного, но это и понятно: слишком многое затерялось в толще веков.

Заканчивали завтрак в молчании.

— Так и не побываю у озера, — печалилась царевна.

А ведь интересно, чего в нем такого, что правители двух не самых слабых государств уже который месяц грызутся!

— Вот и славно, — не захотел понять чувств супруги колдун. — Вряд ли ты пропустишь нечто интересное.

— Не скажи… — затянула Лизка.

— Там даже воды нет!

Разве это помеха извечному женскому любопытству?

— А что есть?

Крейр задумался, подбирая слова. Долго молчал, Лиза даже успела испугаться: вдруг совсем не ответит? И активно затормошила мужа за рукав.

— Туман, — наконец изрек темный. — Густой, даже потрогать можно. Он пропитан особой силой, которая дает могущество призракам и прочим бестелесным сущностям. Поговаривают, где-то там, внизу, есть всегда открытый ход за Грань. И в мир мертвых.