Книга Северная невеста, страница 47 – Екатерина Полянская

Я изумленно хлопнула расширившимися от удивления глазами. А как же приличия?

— Ты в Джаанде, детка. – Мальчишка толкнул меня в бок и похабно улыбнулся. – Привыкай.

Мне только и осталось поразиться тому, как же распоясался он за прошедшие несколько дней путешествия. И куда девался испуганный паренек, которого я под видом служанки увела из школы? Отругать, что ли?

Но вместо приличествующей случаю нотации я задала очередной вопрос:

— И что это мы вдруг такие осведомленные?

Улыбка огневика сделалась проказливой.

— Воины эскорта не хуже торговок на базаре сплетничают, когда руководство над душой не стоит.

— Не боишься рядом с ними вертеться? Не забывай, ты у меня вроде как девушка…

Напоминание пошло на пользу, Нир поглубже нырнул в широкую шаль.

— Да помню я, помню! Почти всегда… Просто как дар открылся, меня все будто зауважали. Риил говорит, доберемся до Дома – отбою от выгодных предложений не будет. Но ты не бойся, я теперь от тебя никуда!

Глупо, но от его обещания на душе потеплело. Не бросит… Хоть какое-то напоминание о доме останется. А то от этих женихов примороженных не знаешь, чего ждать…

Сани стремительно неслись по укатанной снежной дороге. В воздухе кружились мелкие кристаллики, изредка иголочками впиваясь в не защищенные одеждой щеки. В лучах бледного солнца снежинки приобретали теплый золотистый оттенок. Я с трудом подавила совершенно детское желание открыть рот и позволить нескольким из них приземлиться на язык, попробовать на вкус.

После событий минувшей ночи Арлит выглядел побитым щенком и старался даже мельком не смотреть в мою сторону. Первое время я внутренне ликовала. Чуть позже мое эмоциональное состояние с отметки «так тебе и надо, будешь знать!» перешло на отметку «значит, у него все же есть совесть», а потом и вовсе не по себе сделалось. Страдает же! Небось еще и с братом из-за меня разругался…

В общем, я терзалась за компанию.

— Я бы на твоем месте в качестве компенсации морального ущерба шубку попросил, – мечтательный голос Нира прервал увлекательный процесс самоедства.

— Зачем?

Мальчишка фыркнул из-под капюшона и оглушительно чихнул.

— Холодно же! Тем более он проштрафился, пускай теперь платит.

В первый момент с ответом я замялась, а дальше и надобность в нем отпала. Мы приближались к высокому и какому-то худому, что ли, черному замку, эффектно украшенному шапкой белого снега.

И закружилась кутерьма. Процессию тут же обступили слуги, готовые помочь воинам эскорта с лошадьми и санями, нас спустили на утоптанный снег и сдали на руки худощавому дворецкому, который тут же повел дам устраиваться.

Внутреннее убранство я смогла оценить лишь мельком. Просторный холл, отделанный черным мрамором. Покрытые морозным узором окна почти не пропускали света и отбрасывали таинственные кружева серебряных теней на холодный пол. Лестница массивная, с коваными бронзовыми перилами. И коридор, узкий и темный. Единственный магический светильник тихо тлел в самом его конце, не давая почти никакого света. Посему, что именно изображено на картинах, коими были украшены стены, я так и не поняла. А жаль, искусство я люблю и ценю.

— Ваши покои, льера, – церемонно поклонился старик, пропуская дам в распахнутую дверь. – Надеюсь, вам и вашим дамам здесь будет удобно. Если понадоблюсь, я всегда к вашим услугам.