Книга Шестая попытка короля Эрика, страница 9 – Елена Алексеевна Кузнецова

Я в конце концов не выдержала и сказала:

— Матушка, не волнуйтесь вы так. Я умею себя вести за столом и неуместными разговорами тоже вас не опозорю.

Мачеха явно удивилась:

— Таини, я в тебе не сомневаюсь! Вести себя достойно ты умеешь, куда лучше некоторых. Я волнуюсь о другом.

Но о чем другом, она не пояснила. И только когда мы шли к карете, что прислал за нами граф, она внезапно сжала мне руку и тихо произнесла:

— Кто бы что не сказал, не принимай близко к сердцу, Таини! Большинство тех, кто тебя знает, относятся к тебе с уважением.

Я удивилась и растрогалась. Оказывается, она переживала за меня. Продолжать разговор мы не стали. Баронесса Ле-Сис остановилась с нами на одном постоялом дворе, и в карете нам предстояло ехать всем вместе. Так что в короткой дороге две баронессы старательно напоминали нам как и кого мы должны приветствовать, о чем говорить, а о чем не стоит. Все это мы прекрасно знали, но не спорили. Послушно кивали, не открывая рты. Камилла и Лиззи переглядывались, закатывали глазки, но молчали. Не знаю, надолго ли хватило бы терпения Лиззи, но ехать пришлось недолго. Граф принимал нас не в замке, что возвышался над городом, а в городском особняке, расположенном на главной площади Риады.

Дворецкий провел нас по анфиладе комнат до Розовой гостиной. Стены ее были отделаны золотистым шелком с узором из цветов, давших комнате имя. Это делало помещение одновременно роскошным и уютным, лишенным официозной помпезности. Я оценила выбор. Это явственно давало понять статус и богатство хозяев, но при этом также подчеркивало неофициальность мероприятия.

Дворецкий громко объявил нас, и люди, находившиеся в гостиной, повернулись к нам. Вначале от волнения мне показалось, что их очень много. Потом разобрала, что страх и величина комнаты сыграли со мной шутку и где-то двадцать присутствующих преобразились в моих глазах в сорок. Они стояли и сидели небольшими группами, объединенные кто родством, кто возрастом.

Граф Аль Риад с женой поднялись из кресел, где они до этого сидели рядом с другой парой и подошли к нам.

— О, дамы, не стоит так официально, — остановил граф наши реверансы. — Мы с женой рады видеть вас, баронессы, и ваших прелестных дочерей в нашем доме.

Голос его звучал с искренним радушием и улыбка тоже не смотрелась натянутой.

— Луиза, Селеста, какие церемонии между нами. Уж сколько десятков лет мы друг друга знаем, — присоединилась к нему графиня, обращаясь к мачехе и баронессе Ле-Сис. — Думаю и Пита с Розамунд представлять вам не надо.

Она махнула в сторону кресел, где сидели их прежние собеседники. Младшего брата графа, Пита Риадо, я знала. Несколько раз он приезжал к нам в баронство — то с проверкой состояния крепости, то встречая важных гостей из соседнего герцогства.

А вот его жену раньше не видела. Точнее, может на официальных праздниках графства я и находилась с ней в одном месте, но графская семья располагалась от меня далеко и из-за спин более важных гостей разглядеть их не удавалось. И для меня открытием стало, что дора Розамунд так молода для матери будущей конкурсантки. Она была моей ровесницей или не намного старше. Меня трудно отнести к юным особам, но и матерью шестнадцатилетней девушки ни я, ни она быть не могли. Значит, это вторая супруга Питера Риадо и мачеха племянницы графа. Становилось яснее, как племянница графа попала в список конкурсанток.