Книга Чтица императора, страница 103 – Елена Алексеевна Кузнецова

Ристалище, где уже собрались лучники, с моего места было видно прекрасно. Ещё бы! Ведь я сидела рядом с императором в ложе для самых важных гостей. Но я бы предпочла место попроще. Такое, где можно затеряться среди других зрителей. Потому что мне казалось, что все смотрят не на состязание, а на меня.

Может быть, и не казалось. Я была единственной женщиной, кроме дам герцогской семьи, сидевшей в почётной ложе. И если герцогини и принцесса Феодота присутствовали в ней по праву, то моё нахождение здесь, да ещё и рядом с императором, вызывало вопросы и пересуды. И на меня глазели не только придворные, но и простолюдины, расположившиеся в отдалении. Причём если знать всё же хоть как-то пыталась замаскировать свой интерес, то простой люд, не скрываясь, тыкал в мою сторону пальцами. Наверно, из-за того, что стояли далеко от императорской трибуны, они воображали, что на них никто не смотрит. Император и не смотрел. А вот я, случайно заметив развёрнутые в нашу сторону светлые пятна лиц, не могла не чувствовать себя лицедейкой в ярмарочном балагане, на которую устремлены множество глаз. Это мешало сосредоточиться на начинающемся состязании.

Хотя турнир обещал быть весьма интересным. Ещё бы! У арджурцев появился шанс доказать, что и они хорошие воины. На участниках были плащи одного из двух цветов – алого или зелёного. Так сразу становилось ясно, чей это боец. Если в алом – из императорской гвардии. Если в зелёном - арджурец. И каждый зритель яростно желал победы своему лучнику.

Судя по волне криков, прокатывавшихся над зрителями в моменты удачных выстрелов, все наслаждались зрелищем, ведь в состязании лучников не оказалось явных фаворитов. Удачный результат показывал то императорский воин, то арджурец, что добавляло азарта и делало исход непредсказуемым.

И только на нашей трибуне царило напряжение, никак не связанное с состязанием. Федр волком смотрел на Дамиана, сидевшего между Феодотой и мной, но почти не обращавшего внимания на принцессу. Впрочем, Феодоту это устраивало. Убедившись, что император, отвлекаясь от состязания, смотрит лишь на меня и от неё не требуется подавать реплики и принимать знаки внимания со стороны Дамиана, принцесса успокоилась и увлеклась зрелищем, иногда спрашивая пояснения у брата, сидевшего по левую руку от неё.

Император, казалось, получал удовольствие и от выступлений своих воинов, и от общения со мной. По его весёлому голосу и нежным взглядам на меня невозможно было догадаться, что совсем недавно он собирался сюда так, словно предстоит сражение. Но я забыть об этом не могла, и потому веселье Дамиана отдавало для меня фальшью. Как и его внимание ко мне казалось чрезмерным. Он словно играл на публику, намеренно зля Федра.

Убедилась в этом, заметив, что на Дамиана никак не влияет холодность, которую тоже намеренно демонстрировала я. Всё же обычно он проявлял чуткость, замечая и реагируя на моё недовольство. Сейчас же по его взгляду я видела – он прекрасно осознаёт, что его внимание меня скорее злит и точно не радует, но продолжал вести себя как ни в чём не бывало. К тому же я заметила, что наклоняясь ко мне ближе, чем позволяют приличия, чтобы что-то сказать, Дамиан бросает потом насмешливые взгляды в сторону герцога, проверяя его реакцию. Федр явно злился от этого всё больше, но пока сдерживался, не давая ярости прорваться наружу.