Книга Фиктивная жена для злодея, страница 51 – Лиззи Голден

Передо мной  еще одна лестница, уходящая вниз. Каменные ступени с пылью по бокам и разбитые посредине, будто по ним били кувалдой. Сырость, запах плесени… и лязг цепей, который слышен так громко, будто призрак сейчас передо мной исполняет причудливый танец.

Осторожно спускаюсь, держась ближе к перилам. Неважно, что сейчас увижу. Сделаю все возможное, чтобы призрак перестал терроризировать домочадцев, которым приходится терпеть эти страшные звуки по ночам.

Раздается настороженное урчание. Как будто призрак предупреждает меня о том, что дальше нельзя.

Но я не останавливаюсь.

Внизу лестница заканчивается — и я замираю.

Передо мной ― каменное подземелье со сводчатыми потолками. А в его центре на груде золота сидит… огромный дракон.

Дракон ― самый настоящий, не призрачный, с чешуйчатой белой кожей и перепончатыми крыльями, сложенными вдоль тела, встает, тяжело топает по каменному полу, волоча за собой цепи, которыми обмотаны и его лапы и шея. Из-под его когтей во все стороны летит золото, которого здесь немеряно.

Еще никогда не видела такого количества золотых монет в одном месте. Как будто это банк или хранилище магната.

Да и дракона я, как бы, вижу впервые…

Замираю на месте. Боюсь дышать. Боюсь, что любой звук спугнет его, и он бросится на меня.

Он поднимает голову и смотрит на меня голубыми глазами. А потом… бросается к противоположной стене, как испуганный маленький зверек.

Да только от этого зверя шума в сто раз больше.

Вздрагиваю от неожиданности. Чего-чего, но такой реакции не ожидала. Белый дракон жмется к стене, будто хочет спрятаться, но при этом оглушительно гремит цепями и царапает под собой когтями пол.

Кажется, он боится меня больше, чем я его.

Зверь… не призрак. Так вот кто распугал всех слуг Морлена!

Только что этот дракон здесь делает? Так нравится жить в подвале? Он мог бы превратиться в человека, сбросить цепи и…

Дракон вдруг приподнимает морду. Его нос подрагивает, а уши прижимаются к черепу. При этом он издает звук, похожий на стон или всхлип.

Только сейчас замечаю, что из его глаз текут самые настоящие слезы. Стекают по морде и падают на пол, прямо на золото. Дракон шумно втягивает носом воздух, а потом утыкается им в угол, будто хочет от меня спрятаться.

— Ну что ты… не бойся меня, ― заговариваю тихо, протягивая руку. Жизнь рядом с Морленом сделала меня бесстрашной. К тому же, кого здесь бояться? Запуганного дракончика, закованного в цепи?

Может он еще совсем малыш, я ведь не знаю, какими должны быть взрослые особи. И ему страшно и одиноко.

В горле застревает ком. Почему-то вижу в этом звере себя. Разве что я без цепей, но так же, как и он, в неволе.

— Маленький, — вырывается у меня. — Ты же совсем маленький, да? Просто очень вырос. И тебе страшно здесь одному. Но я пришла, и я тебя не обижу.

Хочется подойти и погладить его по белой шипастой спине, потрогать крылья... он такой красивый! Никогда не думала, что увижу наяву живого дракона. Но все еще немного страшно сделать шаг. Вдруг он настолько испугается, что нападет?

Рядом с животными, особенно такими большими, лучше двигаться осторожно.

Дракон с интересом разглядывает меня, перестав плакать. Но все еще не решается выйти из угла и подойти ближе.

А может, он плакал не от одиночества, а потому, что голоден?