Книга Архитектор, страница 27 – Ксения Шанцева

Сенья обратила внимание на часы, которые стояли на камине. Они давно остановились.

— Сева. Дверь закрылась ровно в 19:00. В это время на острове официально начинается ночь. Это нам что-то дает?

Но Сенья отгадала не свою загадку…

— Возможно. Здесь точно что-то происходит.

Сенья подошла совсем близко к картине. Ее очень смущала цветовая палитра незабудок.

— Всеволод! Свети лучше! Ничего не вижу в этой серости.

Всеволод поднес к картине и свечу.

— Незабудки не бывают таких цветов, — сказала Сенья.

— Ты уверена, что это вообще незабудки?

— Да. Картина подписана на испанском. Художник Фортунато. «Незабудки». 1752 год.

Сенья немного знала испанский язык. Как и португальский.

— Сенья! Так это цвета…

— Да. Три цвета, которые мы видим на самом деле. Красный, синий и зеленый. За них отвечают фоторецепторы в виде колбочек сетчатки глаза. Остальные цвета преобразует головной мозг в зрительной коре. Ну, и серый еще видим. Но это уже фоторецептор вида палочек создает совместно с колбочками сумеречное зрение.

Всеволод начал активно ходить вдоль картины. Так ему было легче размышлять в своей голове. Головной мозг всегда имеет запасной план. Глаз видит цвета, которые обрабатывает головной мозг. Но и отделы головного мозга тоже имеют свои тона. Красное ядро, черная субстанция. Их каким образом хотел увидеть сам головной мозг?

Сенья снова аккуратно прощупывала картину с цветами. Она надеялась, что все-таки что-то найдет. Но она ничего не нашла.

Всеволод теперь осматривал камин. Он постукивал и внутри камина.

— Ищешь какие-то рычаги?

— Да. Обычно рычаги завуалированы под какую-то вещь.

— Как тут интересно…

Сенья снова подошла к месту, где раньше находилась дверь. Тишина. Ни единого звука.

— Замок в замке, — в задумчивости произнесла Сенья.

Сенья посмотрела в окно. Кроме темного леса и луны больше ничего не было видно. Весь лоск красивых платьев остался на другой части парка.

— Ничего не нашел, — сказал Всеволод и подошел к Сенье.

— Здесь большое количество картин. Мы будем обыскивать каждую? Я уже ничего не вижу, — сказала Сенья.

Свечи уже почти догорели. Фонарики тоже давали мало света.

— Ночью наше зрение видит исключительно серый цвет, — произнес Всеволод и сел на пол.

Он начал осматривать комнату.

На картинах были изображены люди, сам Замок М., животные.

— Потолок, как потолок. С узорами зеленого цвета.

Всеволод посветил фонариком на потолок.

— Сева, давай представим, что мы жили в те времена.

Сенья села рядом. Она не снимала маску. Сенья боялась, что вот-вот откроется еще одна дверь. Явится полиция и их не то что депортируют, а осудят за нелегальное пребывание на острове и в Замке М.

— Когда комната прокрутилась, картины поменялись местами, — сказала Сенья.

— Зрение… Поменялись и их взгляды… Точно! Это же ключник!

Всеволод тут же вскочил с пола.

Сенья бросилась к Всеволоду, который стоял уже у другой картины. Картина ранее одна висела слева у камина, а теперь сдвинулась к нему ближе из-за незабудок.

— Этот мужчина со свечей является ключником замка.

— С чего ты взял?

Сенья перевела название картины.

— «Ночь».

— Ключники этого острова носили на воротнике справа два пера страуса.

Всеволод прощупывал саму картину и раму.

— У ключника того времени был ключ от Замка М. Но мы уже в замке, — сказала Сенья и тут же все поняла.