Книга Любовь под ритмы рока, страница 180 – Айли Фриман

Когда она уснула в моих объятиях, я долго смотрел в ее лицо, чувствуя невероятное умиротворение. А когда проснулся утром, то, к своему разочарованию, обнаружил, что она уже ушла.

На краю кровати лежало несколько салфеток, на которых моим корявым почерком был написан текст какой-то песни.

Яна

Месяц спустя

Я весь месяц жила словно в двух реальностях, одной из которых были воспоминания до последнего концерта, другой – воспоминания после концерта. С должности личного ассистента я уволилась сразу после отъезда Гедеона, несмотря на то что Владислав предлагал мне остаться. Он взял под крыло новую женскую поп-группу, и ему требовался помощник. Он признался мне, что чувствовал себя каким-то предателем из-за появления в его жизни новых протеже, но это была его работа.

Я никак не могла подавить боль и отчаяние. Каждый чертов день я скучала и плакала. Мне казалось, что я навсегда потеряла его. Его отсутствие оставило черную дыру в моей душе.

Журналисты еще больше рвали меня на части своими бесконечными статьями.

Эта неожиданная любовь, вспыхнувшая между бывшим лидером группы «Freedom Fly» Гедеоном Лавреновым и его ассистенткой Яной Одинцовой, сгорела и превратилась в самую яркую трагедию уходящего года, оставив после себя только пепел.

Или:

Недавно стало известно, что Яна Одинцова осталась с разбитым сердцем, когда экс-солист группы «Freedom Fly» отправился покорять Европу вместе с всемирно известным продюсером Вернером Вайснером. Неужели эта довольно посредственная девушка наивно надеялась завладеть этим звездным парнем? Как говорится, чем выше прыгнешь, тем больнее падать. А теперь, российские поклонницы, он стал еще более недосягаем для вас! Будем ждать его возвращения на российскую сцену с новым сольным альбомом!

Гедеон

Спустя два месяца

Чужая страна то и дело приветствовала меня бессонными ночами. Вот и сегодня я ворочался в кровати в своей огромной лондонской квартире, снова вспоминая, как сжимал Яну в своих объятиях в последнюю ночь перед отъездом. Я поднялся с постели и подошел к окну, распахнул шторы, глядя на холодный зимний пейзаж.

«Я люблю тебя», – прозвучали у меня в сознании ее слова.

Каждый раз, когда я думал о ней, в моей голове начинали крутиться какие-то шестеренки, но не давали ответов ни на один из моих вопросов. Я не мог понять, какие чувства испытывал к этой девушке. Мог ли я быть наповал сражен любовью, как утверждал Ден? В последнее время я так остро ощущал желание дать определение тому, что было между мной и Яной. В аэропорту она дала мне с собой фотографию, тот самый знаменитый снимок, на котором мы с ней сладко спали. На обороте было написано ее рукой:

«Зорко одно лишь сердце. Самого главного глазами не увидишь».

Я люблю тебя. Возвращайся ко мне, мой маленький принц.

Твоя Яна

И, черт возьми, это так сбивало с толку. Чтобы избавиться от этого хаоса, я полностью отдался записи альбома. Музыка стала единственным спасательным кругом. Во мне проснулся создатель, который отчаянно хотел выплеснуть из себя мощную волну энергии, которая на протяжении долгого времени никак не находила выхода. Вернер Вайснер подготовил для меня репертуар песен, и все они были хороши настолько, что могли бы легко попасть на вершины хит-парадов. Текст был на высоте, музыка виртуозная, а мой голос становился единым целым с мелодией, попадая в каждую ноту. Единственное, чего в них не хватало, так это моей души. Это были чужие песни. Но я смирился с этим и нашел в них удовольствие, ощущая всю масштабность происходящего. С Вернером работать было довольно легко. Этот эксцентричный человек был бесконечно уверен в себе и своем бизнес-чутье и настойчиво убеждал меня, что я – олицетворение всего лучшего, что он хотел бы видеть у своего главного протеже.