Книга Расправь свои крылья, страница 186 – Айли Фриман

— Помоги мне, – взмолился я. Он был единственным человеком, к кому я мог обратиться за помощью. Мой лучший друг, который на протяжении всей моей жизни постоянно вытаскивал меня из различных передряг. – Я хочу вернуть ее. Теперь я знаю, какие они. Чувства.

Его сосредоточенный взгляд был прикован ко мне так, словно он пытался заглянуть мне в душу.

— Ладно, я поговорю с ней.

Не знаю, что сказал ей Гедеон, но перед самым началом концерта Макси сама зашла в мою гримерку.

— Ладно, давай еще раз спокойно поговорим, – произнесла она, проходя в небольшую комнату.

Она была так красива в своем дерзком образе настоящей рок-звезды. Она казалась воплощением мятежности духа и свободы мыслей. Короткие кожаные шорты и косуха выигрышно на ней смотрелись.

— Я не хочу, чтобы наша ситуация напоминала глупые сюжеты из книг, когда два взрослых человека не могут просто сесть и спокойно поговорить о своей проблеме. Поэтому я готова еще раз тебя выслушать, но, скорее всего, это ничего не изменит.

— Ты считаешь, что я тебе изменил. Да, черт возьми, у меня дурная репутация. Да, за мной есть грех сбивать девушек с пути. Я никогда не заводил серьезных отношений и даже не задумывался о них, пока не встретил тебя. Ты особенная, Макси. Ты – моя Принцесса, о которой я хочу всегда заботиться. Я уже давно влюблен, и мне не нужен никто, кроме тебя. Я на девяносто девять процентов уверен, что между мной и теми девушками ничего не было. Кто-то просто решил сыграть со мной злую шутку. В мире шоу-бизнеса всегда найдутся недоброжелатели. Наверняка это было сделано нарочно. Вдруг я ни в чем не виноват, а ты отталкиваешь меня? Макси, я так люблю тебя.

Она хотела что-то ответить, но у нее задрожали губы, и она не смогла ничего выговорить. В ее взгляде застыла такая мука, что у меня болезненно сжалось сердце.

— Ты ведь тоже любишь меня? – прошептал я тихо, приблизившись к ней вплотную. – Я знаю, что да. – Эти слова я проговорил ей в самые губы.

— Я не хотела в тебя влюбляться, – отозвалась она. – Я так долго отрицала свои чувства. Ты заманил меня, как дьявол, забрал мою душу. Но с тобой я могла быть собой. Да, я люблю тебя. Но… но ты сказал, что уверен на девяносто девять процентов. Не на сто. Этот один процент допускает вероятность, что ты не сможешь измениться даже ради меня. Я не смогу доверять тебе, такие отношения не по мне. Ты привык охмурять девушек и купаться в их внимании, и одной меня тебе когда-нибудь может оказаться мало. Этот один процент дает мне право не доверять тебе. Я люблю тебя, но ухожу. – Она сделала шаг назад, потом еще один. А после этого открыла дверь и вышла из комнаты.

От ее сокрушительных слов я почувствовал полнейшую беспомощность. Этот чертов один процент, из-за которого я сам не был до конца в себе уверен.

Но она меня тоже любит.

Музыка не доставляет никакого удовольствия, когда ты весь разрушен изнутри. Я выдавал веселую драйвовую музыку, но настоящая мелодия моей души в этот момент была грустной и безжизненной. Сегодня я играл механически, не пропуская музыку сквозь себя. Я нажимал на клавиши четко и выверенно, всегда попадая в ноты, но не проникался мелодией. Если раньше у меня голова шла кругом от адреналина, то сейчас пульсирующий ритм нашей музыки вызывал настоящую боль. Сегодня я не заряжался энергией, сил едва хватало. Думаю, что Макси чувствовала то же самое. Весь концерт от первой до последней ноты держал нас обоих в напряжении, которое мы так отчаянно пытались скрывать.