Книга Форвард, страница 32 – Айли Фриман

— Не понимаю. – Я нахмурилась, пытаясь найти логику в словах отца. – Это будет его наказанием?

— Нет. Это, скорее, будет наказанием для меня, потому что у нас острая нехватка нормальных нападающих.

— Тогда почему ты будешь держать его среди запасных, раз он так хорош?

— Как бы тебе объяснить, Викуль. – Папа обнял меня за плечи, а затем мы вместе вышли из спальни. – В данных обстоятельствах Королев будет чувствовать себя виноватым. Конечно, если я выпущу его на поле, он будет играть и выкладываться на все сто. Но ты представь, как он будет играть, с каким нереальным надрывом в следующем, более важном матче, если всю предыдущую игру просидит на скамейке запасных. Какая мотивация созреет в нем, какой накал страстей будет нас ждать и какая самоотдача! Так что, завтра он у меня будет отсиживаться, настаиваться, крепчать, как хорошее вино.

— Значит, вот какой у тебя метод выращивания будущих чемпионов, – улыбнулась я.

— Да, только не вздумай говорить одиннадцатому, что он у меня на особом счету. Пусть помучается. Ему это только на пользу.

Так точно. Слова отца поняла, приняла. Значит, мучить Артема Королева будет только на пользу. Этим, значит, и займусь. Коварный чертенок внутри меня запрыгал в радостном предвкушении.

Артем

Я резко открыл глаза. В голове сразу взорвалась мысль, что вчера разразилась какая-то страшная катастрофа, о которой я почему-то почти ничего не помнил. Обрывки воспоминаний кружились перед глазами, не давая разгоряченному мозгу уцепиться ни за одну из них.

Я сел в постели, откинув одеяло, и тут же понял, что проснулся в чужой комнате. На мне была вчерашняя одежда. Горло настолько пересохло, будто я всю ночь бежал марафон.

Я огляделся, отмечая детали интерьера. Светло-бежевые обои, темно-зеленые шторы, высокий зеркальный шкаф, в котором отражался взлохмаченный и бледный я, ряд полок на стене, на которых стояли рамки с фотографиями, сувениры на футбольную тематику и… кубки.

Я подскочил и подбежал к ним, чтобы рассмотреть поближе. Меня пронзила страшная догадка, пока я силился вспомнить события вчерашнего вечера. И наконец, они нахлынули на меня лавиной. Я находился в комнате тренера, Евгения Михайловича. Я, мать его, кажется, проснулся в его постели. В ужасе оглянувшись на кровать, я понял, что мне катастрофически не хватает подробностей вчерашнего вечера.

Сегодня же игра! Я что, проспал ее?!

В следующий момент передо мной появилось видение поющего темного ангела со звездами на груди.

Я зажмурился, чувствуя, как в висках начала пульсировать кровь.

Тренер меня убьет.

А я, в свою очередь, убью Колю Кривошеина. Просто сверну его шею, чтобы она, блин, соответствовала его фамилии. Это он мне подсунул свой гребаный чудо-коктейль, подставив меня. Я силился вспомнить, что вчера влил в себя. И с чего вдруг в клубе появился тренер?!

Я достал из кармана телефон, он был выключен. Похоже, кончилась зарядка, так что он оказался совершенно бесполезен.

Услышав тихие шаги за дверью, я напрягся, приготовившись, что в комнату войдет тренер.

— Привет, Королев. – В проеме отворившейся двери показалась голова Вики со слегка спутанными светлыми локонами, падающими на лицо.

— Привет, – пробормотал я, не сводя с нее озадаченного взгляда.

Она распахнула дверь сильнее и остановилась на пороге.