Книга Минута до Бруклина, страница 55 – Марк Алонский

Голоса в толпе смолки, когда квакающий вокал и невнятные гитарные риффы прекратились. Все звуки в мире словно почтительно замерли в воздухе. Аарон начал свою сольную партию. Вместе со всеми я смотрел на барабанщика, загипнотизированный, не в силах не восхищаться.

Каким же водоворотом все вдруг закрутилось! От одиночества на пыльном чердаке прямиком к прогулке с Евой и знакомству с Аароном. Я снова вспомнил, как Ева уронила папку с рисунками во время урагана.

(отправная точка)

Именно благодаря этому событию я сейчас стоял здесь. И я не мог не думать, что близкое знакомство с Аароном станет началом еще одной главы, эпилогом которой была СЦЕНА.

Главным составляющим моей жизни были песни, все эти рифмы, зудящие в голове с самого детства. Если Аарон — единственный шанс для моей музыки быть услышанной, разве имел я право на ревность?

Я взглянул на Еву. Она чуть улыбалась, зачарованная, как и все вокруг, ударными. Мне пришлось спешно перевести внимание на Аарона, потому что сердце-предатель вновь болезненно заскрипело. Я следил за игрой, но думал о том, что кожа щек Евы наверняка нежная, как крылья бабочки.

* * *

Концерт под открытым небом подошел к концу. Вокалист на прощание пожелал собравшимся «какой-то недели» и «какой-то ночи», микрофон подвел его и здесь, половину слов было не разобрать.

(ДЕЙСТВУЙ!)

Я, стараясь держаться уверенно, зашагал вперед. Аарон поднял на меня глаза, не выходя из-за установки. Я наклонился и скинул в банку оставшуюся мелочь, прежде чем подойти ближе.

(на пивко!)

— Просто взрыв, — сказал я.

В ответ Аарон поморщился.

— Взрыв отстоя. Где Ева?

Она тут же оказалась рядом со мной.

— Что ты хотела? — обращаясь к ней, Аарон мгновенно преобразился в лице.

— Как ты относишься к юным талантам? — издалека начала Ева.

Я напрягся всем телом.

(юные таланты? ты ведь даже не слышала, как я играю!)

— Как к китайцам. Слишком их до хрена! — Аарон прикурил сигарету, продолжая сидеть за установкой. — Один талантливее другого. Слышала сейчас вон тех двоих? — он со смешком указал на подавленных «дилетантов», собирающих аппаратуру. — Каждый раз говорю себе: играй только с проверенными парнями.

— Как раз такого музыканта я тебе и нашла.

Я поперхнулся и вообще не воспрянул духом от заочной веры Евы в меня. Наоборот, я чувствовал, что уверенность в собственных силах сдувается, как воздушный шарик.

Аарон, смекнув, что весь разговор с ним Ева затеяла ради меня, перестроился на совсем уж пренебрежительный лад. Он смерил меня презрительным взглядом и снова повернулся к Еве, показывая, что я не вызвал у него ни капли любопытства.

— Лучше бы ТЫ гитару освоила, — сказал он ей, крепко затягиваясь. — Сколотили бы легендарный бенд… Саймон, да?

— Салем, — терпеливо поправил я.

— Подай банку под бочкой, — напористо велел Аарон.

Этот тон меня позабавил. Я понял, что Аарон видит во мне конкурента.

Я подал ему банку с мелочью и мелкими купюрами. Аарон громко потряс ею и свистнул в сторону остальных музыкантов-неудачников.

— Это я себе заберу! Моральная компенсация!

— По-честному было бы тогда раздать деньги тем, кто все это слышал, — сказала со смешком Ева.

— Ну вот еще. Я был на высоте. — Аарон высыпал мелочь себе на коленки и принялся считать. — Салем, у тебя группа? Что играете?