Книга Неидеальный спор, страница 58 – Саша Керн

— Привет, – раздался рядом женский голос. – Ты чего всё ещё в школьной форме?

Новая жена отца Марина подошла и присела на соседний шезлонг. Мы редко разговаривали, потому что я видел в этой отфотошопленной блондинке только желание выкачивать из отца деньги, как бы банально и стереотипно это ни звучало. Она и выглядела сошедшим с экрана шаблоном жены бизнесмена. Светлые локоны, полные губы, ресницы, ногти, брендовые шмотки и дорогие сумочки, рыжий шпиц, который всё время за ней бегал. Я даже перестал в какой-то момент сравнивать её с мамой – всё равно сравнение было не в пользу мачехи.

Но в тот день за всей этой показной красотой я заметил заинтересованность во взгляде и желание понять. Она ничего не говорила больше, только расположилась рядом, полулёжа на шезлонге, поправила красное удлинённое платье. Собачка запрыгнула к ней и уселась, уставившись на меня своими чёрными глазками.

— Это так всегда? – без предисловий просто спросил я.

Шпиц по кличке Зайка высунул язычок, облизнулся и тявкнул. В бассейне работал фильтр, создавая звук прибоя. Но в остальном вокруг стояла тишина.

— Что «это»?

Марина сделала глоток вина из бокала, который я не сразу у неё заметил.

— Ну, любовь и всё такое… – неопределённо пояснил я.

Она поставила бокал на траву и погладила шпица.

— А конкретнее?

— Сходить с ума, переживать, биться головой об стену, пытаться понять другого человека… Вся эта фигня.

Она свела брови к переносице, рассматривая меня, потом с улыбкой потянулась за бокалом.

— Отчасти да. Если любишь, оправдываешь всё. Пытаешься понять, встать на сторону другого.

Я вытащил руки из карманов и сложил их на груди.

— М-м-м…

— Так делают те, кто хочет построить отношения. Другие просто бегут – всё равно куда. Меняют партнёров, город, жизнь…

Я немного помолчал, рассматривая, как солнце, скрываясь за деревьями, окрашивает в розовые оттенки небо и всё вокруг неминуемо начинает погружаться в сумерки.

— Это сложно? – выходя из оцепенения, спросил я.

— Что?

Кажется, Марина тоже блуждала в каких-то своих мыслях, и, если бы меня не так сильно интересовали свои проблемы, я бы, наверное, спросил, что беспокоит её.

— Думать ещё и за другого.

— Сложно, но без этих сложностей трудно понять, для чего вообще живёшь.

Я повернулся к мачехе и ещё раз посмотрел на неё, понимая, что она была намного глубже, чем хотела казаться. Что за фасадом глупенькой жены бизнесмена скрывалась другая, незнакомая мне женщина.

— Оказывается, ты ничего. Соображаешь, – хмыкнул я.

— Да?

Она улыбнулась той глуповатой улыбкой, которую обычно использовала при гостях отца. И я окончательно убедился, что не знаю её совсем.

— Я думал раньше, что отец просто женился на красивой дуре для развлечения.

— А… Спасибо за комплимент. Но, скорее всего, так и было. Женщина с мозгами ему не нужна.

— Думаешь, он тебя не любит?

Уголки её губ дрогнули и опустились вниз, она согнала собачонку и села на край шезлонга, спустив ноги на траву и пытаясь что-то рассмотреть во мне.

— Думаю, что нет. Он всё ещё любит твою мать и всегда будет её любить.

Она вскочила и пошла прочь. Я тоже встал и догнал её.

— Подожди.

Мы остановились возле огромного дуба, который рос здесь ещё до нас. Маленьким я забирался в домик, устроенный на ветках, – мне его построил отец. Там же я рассказал Вике про Машу.