Книга Напиши мне любовь, страница 7 – Лиза Кук

Я возмущенно вытаращила глаза. От злости щеки мгновенно краснеют. Дальше я действую инстинктивно. И не жалею. Со всей силы я залепила ему громкую пощечину, едва дотянувшись до его лица. Мне кажется, удар услышала вся филармония.

— Да пошел ты к черту! Если продолжишь грубо разговаривать, я буду целиться в твое маленькое хозяйство между ног, данное тебе в аренду!

На мой крик никто не успел бы прибежать так быстро. Значит, парень, внезапно появившийся за спиной этого громилы, был рядом с ним изначально. Удивительно, как я его не заметила. Незнакомец тоже высокий и накаченный, хоть и чуть меньше обидчика, но это не умаляло его красоты. Он совершенно спокоен. Разведя руки между мной и громилой, он произносит:

— Прекратите оба. Гордей, ты не имеешь права так разговаривать с девушками, кто бы они ни были. Иди, я сам здесь разберусь.

Понятно, охранник. Гордей бросает на меня взгляд, полный ненависти, и начинает медленно удаляться.

Я оборачиваюсь к своему спасителю и наконец узнаю его. Марк Панков. Популярный певец у молодежи. Но я знала о нем еще до его бешеной славы. Господи, так вот у кого сегодня лекция о вокальном искусстве! Какая же я дура! Сама выбрала это место, даже не удосужившись заглянуть в афишу.

— Дорогая, тебе нужен автограф? — Устало спрашивает он. — Если да, просто скажи. Не нужно бить моих охранников.

Сначала я была готова громить все вокруг, а теперь вдруг смеюсь:

— Молодой человек, может быть, я дам вам автограф? И заодно напишу, как нужно обращаться с девушками. Ведь ни вы, ни ваш хам-охранник этого не знаете!

Я снова лезу в сумку и, как назло, только сейчас нащупываю пропуск. С особой резкостью я сую его прямо перед лицом наглого Марка. Он удивленно вскидывает брови, и его взгляд меняется. Он пристально разглядывает меня.

— Я понял.

Взгляд его вновь скользит по мне, задержавшись на ногах и талии, где ажур был полупрозрачным. Я уже закипаю от раздражения.

— Спрячьте свои похабные мысли и убирайтесь прочь! А то ваша мамочка Гордей потеряет сыночку. Больше не хочу бить людей, защищающих придурков.

Марк скрещивает руки на груди и тихо усмехается.

— Оказывается, тебя так легко вывести из себя. Только не захлебнись собственной ненавистью. Будет жаль потерять такой яркий характер.

— Тоже захотели получить пощечину? Могу устроить. Бесплатно.

— Твоя известность ходит в кругах психопатов? Иначе как объяснить твою тягу к насилию?

— Лучше быть популярной у психопатов, чем среди вашей аудитории.

Синие глаза, похожие на два замерзших океана, вдруг вспыхивают. Марк хмурится и делает предупреждающий шаг вперед.

— Не смей оскорблять моих фанатов.

Нашел кого пугать. Я тоже делаю уверенный шаг вперед. Между нами почти не остается расстояния.

— Вы только что оскорбили меня вместе с тем хамом. А если бы я и правда оказалась вашей поклонницей? Те, кто не любят ваше творчество — отбросы общества?

— Так ты все-таки моя фанатка?

Марк пропускает мимо ушей все остальные слова. Он изгибает бровь, поддавшись ближе. Я отвечаю тем же. Его горячее дыхание обжигает мою покрасневшую от злости кожу.

— Точно такая же, как и ты мой.

— Уже перешла на «ты». Мы поднялись на новую ступень отношений.

В этот момент открывается дверь, и мы вздрагиваем от шума. Входит Ульяна. Округлив глаза, она открывает рот, закрывает и снова открывает: