Книга По осколкам, страница 92 – Янка Рам

— Нет. Сегодня у нас публичное обнажение. Вы все меня достали. Я вдруг поняла, что чувствую себя как на карусели, когда спрыгиваешь с сиденья, а оно, двигаясь, по инерции дальше, бьет в спину. А потом следующее, а потом еще одно… И дело же не в сиденье. Кто-то же крутит эту чертову карусель?!

— Какую карусель? — дергаются губы Кости в растерянной улыбке.

— А вот теперь твоя реплика, да. Говори.

Костя разводит руками.

— Пашка, — открываю я рот. — Ты что трахнул Жанну!?

Он зажмуривается.

— Ты чо — идиот?…

— Не больше, чем ты, Арс! — рявкает он. — Ровно такой же как и ты!!

— Ооо!! Как ты заговорил. "Сидел бы дома с семьей, не поскользнулся бы с этой телкой!" — оскаливаюсь, пытаясь воспроизвести я его фразу.

— Да! Тут не поспоришь! Но у нас с тобой, на беду, есть отличный полотёр! Да, Костя?! Умеет сделать скользко там, где не предполагалось!

Дина задумчиво слушает Павла.

— Костя… скажи, а ведь тогда, когда ты угощал меня вином на день рождения и пытался залезть под мою юбку, в том вине же тоже был кокс?

— Нет.

— Врешь…

— Чего?.. — обтекаю я.

— Сидеть, Арс, — поворачивается ко мне Дина. — Сиди, слушай. Не дергайся.

Она вдруг кладет свою руку на мой сжавшийся кулак.

И я перестаю понимать, о чем идет речь за этим столом.

— Уж не знаю, Арсенин, и разбираться, поверь мне, не хочу, добровольно или нет лёг ты тогда с этой девкой, но пригласил меня полюбоваться на это именно Костик. Из благих побуждений, естественно. Из жалости ко мне. Что я, доверчивая дура, живу с таким лживым блудливым мудаком.

— Что?..

Поднимаюсь.

— Сядь. Это не все. А когда ты приехал, Костя засуетился, подкинул мне для размышления еще кое-какой информации вскользь о твоих подвигах…

— Это враньё!

— А сам… попытался споить меня вином намешанным с наркотой и уложить, предварительно подарив то самое ожерелье, которое… ну ты помнишь.

— Куницын, ты чего? — поднимаю я шокированно брови, не в силах осознать сказанное. — Жить надоело? Ну ты и крыса!

Взгляд Кости мгновенно меняется.

— А ты присядь… присядь, Арсенин. Жить я буду долго и счастливо. В отличие от тебя.

Чувствую, как Дина удерживает меня за кисть.

— Если, Арсенин, ты дернешься, я посажу тебя. А все вот это… обводит он взглядом бар, уже давно принадлежит мне. И я готов назначить тебе зарплату, как управляющему. Ты же мне друг, всё-таки.

И у меня уже тик от его наглости.

— Но и готов послать тебя на*ер, в случае, если ты вздумаешь помахать здесь руками. Посмотри… С чего ты будешь платить свой кредит без этого бизнеса? Я у тебя всё отниму!!

Он кладет на стол копию того документа, что забрал у него я из стола. Пашка подтягивает бумаги к себе и зависает в них.

— Арс, сядь! — рявкает Дина. — У тебя в залоге мамина квартира.

— Дин, — разворачиваюсь я к ней. — Я должен это схавать?

— Да, — кивает она. — Ты сам это допустил. Реагируй как мужчина, а не пацан. И чтобы ты знал, это всё не оправдывает тебя в моих глазах. Нисколечко.

Мой взгляд утекает к раскрасневшейся морде Костика. Мне невыносимо хочется смазать ему по лицу!

И останавливает далеко не эта бумажка, лежащая на столе, а теплые пальцы Дины.

Пашка отодвигает документы.

— Дина. Я уверен, ты все понимаешь сама. У меня и мысли не было изменить тебе. И я сам в глубоком шоке. Думаю, как и была ты тогда, с утра, после винца нашего общего друга. Глупо оправдываться… — опускает он глаза. — Прости, что тянул с объяснениями. Как такое объяснить?.. Я был уверен, что ты… — отрицательно качает он головой.