Книга По осколкам, страница 67 – Янка Рам

Пальцы рисуют восьмерки около скрученной сотки баксов.

— Это мои чаевые? — игриво смотрит на меня.

— Возьми, — разглядываю ее.

Забирает, пряча в декольте, как стриптизерша.

— Жанна, а ты Кости бабки должна?

Улыбка на ее лице застывает. Но как ни в чем не бывало, она тут же делает невозмутимый вид.

— Не за кокс, случаем?

— Нет. Он купил у меня услугу. Я ее еще не оказала.

— Какую?

— Этого я Вам просто так не скажу. Но могу продать эту информацию…

— Сколько? Просто интересно.

— Сто сорок штук или один горячий трах. Такой, чтобы я его помнила хотя бы годика два! — смеется она. — Умеете так, Егор Дмитриевич.

— Ясно… — зависаю я. — Ладно, иди работай, Жанна. Я ухожу.

— А Вас жена из-за кокса бросила?

— Какое твое дело?! — взрываюсь я.

— Просто… дура она! Я бы не бросила!

— Иди!!!

— А я слышала, как Костя говорил с ней… Ее же Дина зовут? — в дверях.

— Стоять!

Провокационно улыбаясь поворачивается.

— Говори.

— Да, ничего такого… просто… показалось странным! Так он ее облизывал. "Диночка… Диночка…"

— А с чего ты взяла, что это была моя жена?

— А я в телефон потом заглянули. Он его на стойке оставил. Дина Арсенина.

— Ладно. Иди…

"Диночка"… — зависает в моих мозгах. Не могу никак это синтерпретировать пока и просто подвешиваю, как факт.

Спускаюсь, наблюдая, как Жанна о чем-то говорит с Костей, провожая меня взглядом.

Прощаюсь с Миго, протягиваю по дороге руку Косте.

— Не добросите? — догоняет меня Жанна.

Реально легче отодрать, чем отлепить! — закатываю я глаза.

— Я тебе на такси дал, — стреляю взглядом ей в декольте, откуда торчит моя сотка.

Сажусь в тачку.

«Чикаго»…

Захожу с черного входа.

— Привет, Михалыч.

— Арс, — тянет он руку. — Трезвый, надеюсь.

— Практически.

Угощаю его сигаретой, выходим на крыльцо.

— К Дине? Не ходи… Хозяин сказал, будешь бурагозить, он ее уволит.

— Да? Я не буду.

— Будешь…

— Почему это?

— Не одна она. С другом твоим. Помнишь, в тот вечер с тобой был. Павел, что ли.

— А я знаю, Михалыч. Обещаю разборок не устраивать.

Выкидываю сигарету. Стягиваю со стола канапешку.

— Арс! — рявкает он.

Не выносит, когда таскают из-под ножа.

— Есть хочу!

— Сядь, поешь, как человек.

— Неа… в зал сейчас выйду, весь аппетит отобьет.

Стягиваю еще одну канапешку.

— Маша, сделай ему бутерброд, — просит он одну из помощниц.

Девушка протягивает мне бутерброд с семгой.

— Спасибо! — жую я.

— Арс, а что происходит у вас? — шинкует зелень Михалыч.

— Говорят, жизнь происходит.

— Не очень у тебя жизнь, да?

— Сам идиот, потому что. Пойду, я… — споласкиваю руки.

— Смотри мне…

— Я же обещал.

Выхожу в зал, останавливаясь у бара.

— «Романо» сделай мне, — кладу купюру. — С двойным лимоном.

Надо срочно выводить остатки моей сегодняшней «дегустации». Ничего лучше лимона и кофе для этого еще не придумали.

Надо быть в адеквате. Потому что на сцене Дина. Шикарно выглядящая Дина, с таким откровенным разрезом, что я вижу отсюда резинку ее чулок. И уложенные блеском волосы скрывают только одно обнаженное плечо, выставляя второе всем на обозрение. Из глубокого декольте очень маняще выдавлена грудь. В ложбинке блестящее мейк-тату язык пламени.

Мхм… Огненная ты моя… — сглатываю. — Для кого мы такие красивые сегодня?

От этого голоса хочется закрыть глаза и что-нибудь влажно-горячее натянуть на свой член. Потому что поет она знакомую, очень эротичную вещь, от которой всегда мне сносило башню. Поет своим хрипловатым тембром, от которого раньше у меня всегда вставал. И сейчас вообще ничего не изменилось!