Онлайн книга «Снежный плен»
|
«Кения АА» — читаю я на упаковке кофе. Пф… Уверен, это не выбор Алисы — кофе ценой с месячную аренду ее квартиры. Я и пары человек не знаю, кто способен по-настоящему оценить этот сорт и отличить его от более скромных. Мне хотелось верить… Нет. Я уверен, что пафосные штучки — это совершенно не то, за что она полюбила своего героя. И, судя по всему, они скорее смущают ее, чем приносят радость. Раз уж я решил разрушать их отношения, мне нужны подходящие для этого инструменты. А подходящее — это то, в чем она нуждается, и чего он ей не дает. Широкими жестами мне ее не забрать. Уверен, он может дать ей любые цацки. Но что-то мне подсказывает, что цацки Алисе не слишком интересны. Слишком умные у девочки глаза, чтобы придавать им большое значение. Первый инструмент Алиса сама дала мне в руки — хороший секс. И здесь главное — почувствовать ее. Несмотря на все свои сладенькие провокации, Алиса совсем девчонка. И то, что хорошо для опытной женщины, не всегда хорошо для неопытной девочки. Второй очевиден — позволить ей быть собой! Вся эта история про «ему приходится много работать надо мной» явно связана с повышенным давлением на Алису и попыткой изменить ее естество. Зачем? Она так обаятельна в своей непосредственности… А третий… Третий я тоже уже интуитивно нащупал — проявление эмоций. Это явно не то, чем одаривал ее этот герой. Не то чтобы я большой спец в этом. Скорее, наоборот. Но с Алисой мне хочется расслабиться. Это очень страшно, на самом деле, раствориться в чужой женщине. Но процесс уже начался, и во мне нет ни сил, ни желания препятствовать ему. Поэтому по-любому эту девочку я должен сделать своей. Вот так за пару дней чьи-то серые глаза могут перевернуть жизнь отъявленного одиночки с ног на голову! И ты уже готов ради нее… Я поражаюсь себе! Телефон снова вибрирует по стойке. В окно его, что ли, швырнуть? Сдержав первый порыв, я дожидаюсь окончания звонка и выключаю звук. Отдыхай, мужик. На войне как на войне. Найдешь себе другую девочку для дрессировки. Уверен, выстроятся в очередь. Кофе закипает и выливается на плиту. Черт… Покрутив в руках телефон, я закидываю его на диван, в подушки, и иду устранять аварию. Алиса наверняка пьет с молоком. Немного поискав, я обнаруживаю тетрапак. «Без лактозы с пониженной жирностью». Да ты просто маньяк, чувак! Водрузив кружки и шоколад на поднос, иду обратно. Алиса спит, свернувшись у камина. Стараясь не разбудить ее, я аккуратно ставлю поднос на пол и сажусь к ноуту. Зарядка должна выдержать еще часа три. Открываю гугл и ввожу все, что она мне рассказывала про своего жениха: город, молодой физик, гений, меценат. Переключаюсь сразу в фоторежим. Гугл выдает мне сотню мужских лиц, среди которых я сразу же вижу нужное. Навожу курсор — Давид Кац. Еврей? Не то чтобы я антисемит… «Давид Кац, физик», — снова ввожу я. Выскакивает несколько обзорных статей и ссылка на инстаграм. Бегло просмотрев текст, я убеждаюсь в его научной охренительности. Инстраграм мне показывает тьму фоток с научных конференций, благотворительных событий, публичных лекций и… Я вздрагиваю, рассмотрев на одной из них Алису. Она почти неузнаваема. Очень строгая и какая-то монохромная. Пролистываю вниз и вижу ее еще на нескольких фото. Всегда в его тени. Нет, она прекрасна и на этих фото, но выглядит немного старше. Стильно и достойно. Но жизни в этой Алисе мало. Ее фразы про то, что он много работает над ней, теперь обретают для меня и конкретное визуальное подтверждение. Эту женщину я не знаю. И мне кажется, Алиса тоже ее не знает. |