Книга Танцы на углях (бонусная книга к дилогии), страница 21 – Янка Рам

И вот это существо смотрит в морскую даль всеми своими четырьмя глазами. Какая уже по счету эта наша встреча? Быть может, пора начать здороваться?

— Доброе утро!

— Волшебное... - довольно щурятся его человеческие перевернутые вверх тормашками глаза, а собачьи просто внимательно  дружелюбно смотрят.

Пять утра...

Это единственная возможность встать в доме первой и остаться совсем одной.

Потому что «Вите надо выйти», хотя бы раз в неделю, чтобы было кому войти обратно к тем, кто остался.

Царские особы еще спят. Все. Даже его Величество, который встает обычно в шесть и присваивает своими кроссовками это побережье. И плевал он на всех масонов и иллюминатов. Уж он точно знает, как и где хапнуть свою дозу праны. И если не встать быстрей его, то никакого утреннего побережья тебе уже не обломится. Обломится, конечно, кое-что другое, после чего ты будешь крепко спать еще часик. Потом тебя полусонную транспортирую в душ под тепленькую воду. Выходить, правда, из него придется уже самой. Потому, что Величеству нужно «выйти» тоже и отдышаться от своего "семейного счастья". Но на столе тебя ждет уже немного остывший кофе, идеально сотворенный именно по твоему вкусу.

Величества они такие - творят, что хотят!

Я сильно не рыпаюсь, послушно выпиваю вкуснейший кофе, глядя в окно.

Там — гроздьями висит Изабелла.

Делаю последний глоток холодного кофе. Входная дверь тихо хлопает.

Это значит в его мире прошло уже сорок минут. Время у нас с ним течет по-разному.

И пока в душе журчит вода, уже я творю чего хочу и «сотворяю» ему кофе по его вкусу. Гораздо крепче моего.

У него есть минут двадцать, пока в нашем царстве не начался ежедневный перманентный переворот. Высочества уже ворочаются в своих кроватках, досматривая свои хулиганские вдохновляющие сны.

Воскресенье…

Суровые будни царского семейство (часть 2)

Глава 2 - "Отведай и ты из моего кубка!"

— Детка!

Детка я пожизненно. Просто по факту того, что Величество намного старше. Пятнадцать мне,  тридцать или (когда-то наверное будет) сорок пять, я все равно — детка. Не уверенна, что он вообще помнит или осознает сколько мне. Как, собственно и я. Он просто Величество — великолепный и непревзойденный! А я - просто «детка». Мы живем вне временных условностей.

— Детка!!

— М? - опасливо заглядываю я в столовую.

С чего бы ему звать меня туда? Все уже позавтракали. Всё - портал закрыт!

Как ни странно, но его главные (но не единственные!) апартаменты дома — это его шикарная кухня-столовая, куда никто не смеет без особого повеления. Ну, или, как минимум, без основательного челобитья.

Опираясь на барную стойку, медленно размешивает что-то в своей чайной кружке. Картина могла бы быть умиротворяющей. Да. Вполне. Но, во-первых, он не в своем кресле, а во-вторых, слишком уж хищно исподлобья смотрят синие глаза.

— Подойди.

Недоверчиво поглядывая медленно приближаюсь.

— Что?

— Отведай-ка из моего кубка, - протягивает он мне кружку.

Это что-то новенькое!

Нет, у нас много всякого странного происходит…

Забираю из рук кружку, внимательно приглядываясь к содержимому.

— Что за зелье?

— Чай с сахаром.

— Нда?.. А что это такое плавает?…

— Я могу ошибаться, но, думаю, это манная крупа.

— Какой-то новый рецепт?

Какое сомнительное лакомство!

— Вот и я думаю… Не подскажешь, откуда в нашей сахарнице манная крупа?