Книга Ты не мой BOY, страница 29 – Янка Рам

— Получилось?

— Иди нахрен...

Приношу из холодильника упаковку с кубиками льда. Швыряю ей.

Трясет...

Падаю на спину.

Валяюсь на спине, голова свисает с края кровати. Курю...

Сидя верхом Полина протирает ссадины от розги спиртом.

Мои пальцы нервно подрагивают, от этих жгучих прикосновений.

— Shhh...Ай...

Потом проводит кубиком льда и снова протирает спиртом.

И даже получается каким то чудом расслабиться.

Мне по кайфу что она на мне. И не в эротическом смысле. В каком-то другом.

В панцирь - больше не пытаюсь. Вдруг ещё какую дичь сотворит это ебанутое создание.

Моя рука циклично перемещается с пакета со льдом ей на бедро и обратно.

— Пиздец... - выдыхаю дым. - В аду меня за эти следы порешат. Там у нас под запретом следы от физического насилия.

— Странный ад.

— Мучить разрешено только местным демонам. И только строго регламентированными способами.

Трогаю пальцами вздувшиеся полосы.

— Скажи им, что теперь принадлежишь Малышкиной! - хихикает она. - Меня там наверняка знают.

Лениво смеюсь.

Такая себе шутка... которая вовсе и не шутка.

Тушу сигарету в пепельницу, вытаскиваю следующую.

— Когда мне было тринадцать, тренер поймал меня с сигаретой, - рассказывает она.

— И?... - вяло мычу я.

— Заставил выкурить столько, что меня начало рвать. Больше я не курила.

— Обиделась на него?

— Нет... Почувствовала себя собакой, которую воспитывает хозяин. Отучает от дерьма из жалости. Используя рефлексы, а не разум. Потому что разума нет. Стало стыдно...

— Хм... Когда мой отец поймал меня первый раз с сигаретой, лет в тринадцать... сказал, чтобы я не курил при посторонних. И всё. Мне хотелось, чтобы он пожалел об этом. Но он не пожалел. А мне стало все равно потом... Но без них сейчас не могу.

— Можешь! Просто ещё не отняли то, без чего не можешь по-настоящему.

— Может быть...

— Я вот без спорта не могу. Когда получила травму, чуть крышей не съехала от мысли, что не выйду больше на татами и не буду вхожа в среду.

— Что за травма? - сажусь, напрягая пресс.

— Ее больше нет.

— И все же?.. - оглядываю ее тело.

Где оно могло сломаться?

— А когда следом погиб тренер... Не описать вообще!.. Мир рухнул.

— Хороший был тренер?

Кивает, взгляд теряет фокус.

— Очень жесткий и не равнодушный.

— И что дальше?

— Собралась. Начала курс реабилитации. Мне говорили не поможет, но "у самурая нет цели, только путь". Помогло.

Надавливаю локтем пульт, включается плазма.

— Оо! - загораются глаза у неё. - "Унесённые призраками". Крутой мульт! Обожаю...

Падает рядом со мной на живот, смотрит мультик.

Шипя, переворачиваюсь.

— Да, хороший, тоже его люблю.

Смотрю на ее профиль. И охуеваю от неконтролируемого желания целовать ее лицо.

Утыкаюсь своим вниз.

Если бы она случилась ещё пару лет назад, мне кажется, я бы просто сдох сейчас! Броня трещит по швам. Я как улитка, которой раздавили панцирь.

— Поль, ты бы Ибрагима не трогала, - вдруг вспоминаю я о нем.

Ну нельзя так с пацанами! Со мной можно. Я - скотина. С нормальными - нет. Они не "соберутся". Наделают какой-нибудь беды...

— А что такое? - не отводя взгляда от экрана. - Только тебе можно трогать Ибрагима?

Да... А что такое, Корниенко? Зачем ты выныриваешь из здесь и сейчас, словно там и потом будет какое-то продолжение?

Сердцебиение ломается...