Книга Жернова богов, страница 79 – Янка Рам

Но страшно, словно у зверя я в лапах. Он выше меня на голову и плечи его широки, оголенные мышцы напоминают бычьи. Пахнет от него необычно, пряно и тяжелее, чем от наших мужчин. И сердце моё колотится, дышу я часто и надышаться не могу, словно воздух загустел. Волоски по телу дыбом становятся.

— Что?.. — шепчет он, завораживая взглядом черных блестящих глаз. — Кто тебя напугал?

— Беда у нас… — тревожно шепчу в ответ. — Брат мой… с наследнице Озёр капитам казематы обрушили. А там хранение у них… ценностей и редкостей разных… тайные ходы… И рани голову камнем пробило при обвале… в себя не приходит… К обеду капиты созовут всех, как обычно. И раскроется, что у нее раны такие… Беда будет… Говорят, ваша черная смола такие раны лечит.

— Лечит. Но не так скоро.

Крайт отпускает меня, и я громко выдыхаю дрожащим голосом. Колени тут же подкашиваются.

— Я к махарани Эфе шла… за помощью. Мы не знаем, что делать.

— Отвлечь капитов, Леля. А мать с сестрами займутся сестрой Ночи.

Он накидывает плащ, забирает своё страшное черненное оружие, что пронзило горло Слава.

— Как же еще отвлечь? Они и так подземельем заняты.

— Подземельем, говоришь? Тогда обрушим им на головы потоп, пусть ее бог Кайпо вмешается и даст время озёрной наследнице в себя прийти. Она станет нам надежным и сильным союзником.

— Потоп?

— Дождевые воды, что наверху скапливаются.

— Да как же их обрушишь?… Брат говорил там ванны застывшим жидким камнем изнутри обмазаны, какой в Лакасте делают. Его даже взрывом не разрушить. Вода поджечь не даст.

— Пусть это зодчий Лакаста измышляет — как. Лакаст нам должен. А ты иди к себе, моё светлое Солнце! Змейки явятся сей же час.

Разворачиваюсь, выдыхая с облегчением.

— Стой… — резко.

Голос его близко-близко.

Замираю и зажмуриваюсь, словно ожидая чего-то — боли или непристойности. Не сделает ведь так? Глупость какая! Он же раджа, а не варвар. Уговариваю себя, но моё тело в ужасе.

Невесомо стряхивает что-то с волос.

— Паук…

Оскаливаясь с хрустом давит небольшого мизгиря. Чувствую короткий всплеск ярости.

— Пауки в Борро не ядовиты, это все знают… — растеряно пытаюсь успокоить этот всплеск.

— Нельзя забирать на Ракатан устои и догмы большой земли — не выживешь.

— Мне шестнадцать… — слепо смотрю я перед на его дверь. — Я и так не выживу, раджа. Ваших ядов мне не перенести.

— Ты мне Мер-Гуром обещана. Смерть в его руках. И пустых обещаний он не дает. Не бойся… Иди.

POV Инги Эл

Слухи разлетаются среди наследников быстро…

И я стою в приоткрытых дверях своей кельи, подслушивая разговор Ракатанги и Диона Лакаста. Наследники боятся говорить в кельях. Все уже знают, что их слышат капиты.

— …Если мы обрушим чашу с водой и затопим обеденный зал, библиотеку, оружейную, зал советов, то общей трапезы не состоится. И сестра Ночи получит время, чтобы прийти в себя. Не недооценивай её союза, мой степной брат.

Голос у Ракатанги такой же мощный как и он сам, хоть он и пытается говорить тихо.

— Потоп… Отменят трапезу? Сомневаюсь. Скорее понесут по кельям. И тогда увидят в каком состоянии кимка. Вопросов не миновать.

И голос Лакаста не уступает Ракатанге в громкости.

Заговорщики! — закатываю я глаза.

Скоро все балахоны проведают про их планы. Не удержавшись, подхватываю лампаду и выглядываю.