Онлайн книга «Уязвимость»
|
Мне немного страшно. Меня никогда не пристёгивали, не связывали. Но его голос такой мягкий и руки очень нежные… Горячие ладони скользят по животу, ныряя под футболку. Моё тело начинает напрягаться. Оказывается, когда ты беспомощен и уязвим, то все воздействия и прикосновения ощущаются гораздо острее. Но он не касается слишком уж “остро”. Просто поглаживает ладонями кожу, обрисовывает грудь, не прикасаясь к соскам. Обхватив ладонями лицо прикасается к мои губам своими. И рисует на нем пальцами, проводя по носу, повторяя линию бровей над повязкой… скулы… линия челюсти… — Очень красивая… нежная моя девочка… Присаживается между моими бедрами. Теплые губы, скользят по коленке… Задирает футболку так, чтобы оголить грудь. Я слышу его возбужденное тихое рычание. Сжимает щиколотку, устраивая мою ступню у себя на плече. Двумя резкими рывками разрывает мои тонкие трусики по бокам. Я вскрикиваю от неожиданности. — Кирилл… Просто маниакальная страсть оставлять меня без нижнего белья! — Небольшая жертва, — усмехается он. — Я купил тебе белье, наденешь другие. Чувствую себя распятой и открытой. От этого ощущения кружится голова. А закрытые глаза делают меня еще более беспомощной. И я хочу, чтобы он отстегнул меня. Но и удовольствие мне хочется доставить ему тоже. И если это доставляет ему удовольствие… Прислушиваясь к себе, пытаюсь расслабиться. Его руки очень помогают. Они просто гладят… гладят… Пока я не погружаюсь в горячее расслабленное состояние, и перестаю ожидать каких-то слишком острых неприятных касаний, которым не смогу сопротивляться. С тихим стоном ложится лицом мне на грудь, и мы замираем так. Но мое тело начинает ломить от потребности в том, чтобы он продолжил начатое. Бедром я чувствую его горячий влажный член. И вот пока он прижат своим телом ко мне, моя тревога сразу же исчезает. Пусть берет связанной и делает все, что ему вздумается… Но чувствую, как он встает с кровати. — Кирилл… — мне очень неуверенно быть связанной и не чувствовать его. — Все хорошо… — Ты ушел… — Чтобы включить камеры. — Нет! — мои колени тут же соединяются, беспомощно дергаю руками. — Почему? Я не могу ответить ему почему. Это же очевидно… — Почему? — более требовательно повторяет он. Я слышу едва заметный звук включившихся экранов. — Кирилл, не надо… Он возвращается, разводит с давлением мои колени и устраивается сверху. Чувствую его щетину на щеке. — Попробуй мне объяснить — почему нет. Очень сложно подбирать слова, когда его член, касается меня там, где очень нужен сейчас моему телу. — Не хочу чтобы были записи… — Ты не хочешь, что я мог посмотреть запись с тобой, когда мне этого захочется? — Ммм… Сейчас — да. Хочу. Но если мы расстанемся… — Нет, — перебивает он меня. — Но ведь… никто не знает, что будет завтра… — Нет… — шепчет он. — Поздно. Я тебя не отпущу. Господи, как же подкупают эти слова! Я не хочу, чтобы он отпускал меня! Никогда-никогда… — Ты все подписала… Я буду всегда. И завтра… И послезавтра… Его губы касаются моей шеи и от ощущения его щетины там, моё тело выгибается от удовольствия вжимаясь в него. — И чтобы нам было хорошо… мы будем учиться… получать удовольствие… теми способами… — он гладит мою шею своими колючими щеками и, тая от этого, я почти не понимаю, что он говорит. — Которые… необходимы… другому… |