Онлайн книга «Уязвимость»
|
— Ты тоже не номер один? — Да. — Ой, беги тогда. Найдешь себе еще нормального. Ты красотка. А если я не хочу нормального? Хочу его, такого, какой есть. Ненормального. Вольтанутого. Куда бежать? — Ладно, Свет! Рада была увидеть. — С Наступающим! — И тебя. Низкие тучи видны даже несмотря на то, что уже стемнело. Вот-вот повалит снег. На светофоре моя голова начинает кружиться опять. Вспоминаю, что так с утра и не поела нормально. В глазах темнеет. Рефлекторно слепо кладу ладонь на высокий капот машины, что остановилась перед переходом, Чувствую, как колени становятся мягкими, начинаю путать — где верх где низ… — Девушка! Чувствуя, что сейчас упаду, начинаю оседать, прямо на дороге. Как нехорошо… Гудки… Кто-то подхватывает у земли. Парень с девушкой, усаживают меня в эту самую машину. В моих глазах вспышки, и я плохо понимаю, что они говорят. Беспокояться, спрашивают. — Спасибо… — бормочу я, окончательно вернувшись в себя. — Извините за беспокойство. — Как Вас зовут? — Саша. — А меня — Таня. Быть может, в больницу? — кивает девушка на медицинский центр в переди. — Пусть давление измерят. “Центр репродуктивной медицины” — читаю я зеленые буквы через дорогу. — Вы не беременны? От её вопроса внутри мне становится очень жарко. — Я в первый месяц все время сознание теряла, — улыбается она, кладя руку на живот. — И не понимала, что происходит. Вот и подумала… — Да, наверное из-за этого, — решаю не отрицать я, чтобы не вызывать у них еще больше вопросов. — Но все уже хорошо. А больницы уже не работают. Вы меня у ближайшей аптеки высадите, пожалуйста. Вот здесь, да… Я здесь близко живу. — Может, Вы будущему папе позвоните, чтобы встретил? Он наверное, беспокоится. Не стоит Вам одной в таком состоянии. — Да… конечно. И опять мне навевает, что я говорю не с людьми, а с самой собой. Кирилл, конечно, беспокоится… Чувствую прямо сейчас, как бьется его сердце. Как я ловила это тревожное сердцебиение своей ладонью. Как он трепетно целовал потом мои пальцы. Напомни-ка себе, Александра, почему его сердцебиение сейчас не в твоих ладонях? Потому что ты не хочешь растить “чужого ребенка”? Делить с ним внимание? В аптеке покупаю пару тестов. А что, если я и правда беременна? И я поднимаю глаза к небу совершенно не понимая о чем умолять. Мне очень-очень горячо. Мне страшно. Очень страшно, что это так. Я не за что не справлюсь одна! Почему я должна справляться одна? Кирилл не отказывался от меня… Чувствую себя тупой куклой, которая потерялась в обрывках логики своих поступков. Дома тикают настенные часы. Тиканье часов — звук одиночества. Одиночество в целом это же неплохо? Это плохо только тогда, когда где-то есть тот человек, на которого ты готов променять это своё одиночество. До нового года каких-то три часа. А я одна и никакого праздника у меня не намечается. А почему? Зажав в руке тест, сижу на кресле, не глядя на маленький экранчик с результатом. Наверное, перед тем, как попросить о чем-то судьбу, — опять смотрю я вверх, — стоит для себя понять чего именно я хочу. И я сижу и ищу в себе ответы. И если отбросить всё… То честный ответ он очень простой. Я не хочу ничего решать сама. Я хочу, чтобы рядом был он и решал так, как умеет только он. И еще я хочу эти долбанные две полоски. Без всего, что стоит за ними дальше пока, об этом я даже не думаю, не пытаюсь прочувствовать. Но я ясно могу себе представить сколько счастья они могут принести моему любимому человеку. Поэтому хочу их. Потому что это заставит меня пренебречь всеми своими принципами и позволить ему вернуться в мою жизнь хоть каким-то образом. А значит, у нас возможно будущее. Может быть — не сразу. Может быть что-то изменится в нашей системе координат из трех переменных со временем. И еще я понимаю, что есть только одна женщина на свете, кроме меня, которая также сильно обрадуется этим двум полоскам. И это не мама… И я бы хотела разделить с Ариной свои чувства. Потому что, как только я исключаю в своих мыслях ее из этой системы координат, эти две полоски начинают пугать меня. А пока она включена в нее, мне спокойно и уверенно. Может, я тоже урод? |