Книга Сложный пациент, страница 3 – Янка Рам

И уже отличаешь пустую сексуальность от наполненной.

Можно даже сказать, что моя сексуальная реальность стала значительно ярче и глубже. При условии, что можно будет вернуть "физику", конечно.

Она курит не тонкие женские, а обычные. Не самые дорогие, но вполне себе...

Щелкает зажигалкой, вкусно затягивается.

Мне хочется попросить у нее сигарету. Именно ту, которую она курит.

Но мне можно только стерильные.

Я замечаю, что у нее очень широкие зрачки, которые делают ее глаза темными. Возможно, потому что комната сделана в сумрачном английском стиле - кожа, красное дерево, тёмно-синий ковер, тусклый свет. А возможно и не поэтому.

Марго ведёт плечами.

И моя эрекция снова напоминает о себе.

Шикарная... И то, что не шлюха, а крутой спец в своем деле - резко повышает ее цену.

Девочка на десять из десяти!

У меня таких не было. Я всегда выбирал без проблемных, инфантильных и готовых на всё, полностью зависящих от меня. Это удобно...

Включаю камеры и микрофоны обратно.

Струйка дыма вьется, достигая потолка, срабатывает датчик.

— Сэм.

— Слушаю, - раздается голос ассистента в динамике.

— Пусть пепельницу принесут. И датчики отключи пока.

— Эм... Но...

— Исполняй.

Практически незаметно появляется один из помощников и ставит беззвучно перед ней пепельницу.

Она тут же стряхивает туда пепел.

Хочу...

И сигарету ее хочу. И саму ее.

В ее глазах нет флирта, подобострастия... Она и правда интересная!

— Маргарита... - смакую я. - Это Марго или Рита?

Она меняет позу, перекладывая ногу на ногу.

— Хотя, дай угадаю... Конечно же Марго.

— Данияр... - взгляд расфокусируется, словно она в вспоминает мое отчество. Щелкает пальцами.

Но ей его не говорили.

— Просто - Дан.

— Дан. Дан, была ли отправная точка?

— Сложно сказать... - присаживаюсь на кушетку, проводя по коротко стриженным волосам ладонью.

— Когда сделано это тату? - кивает на мою грудную мышцу, забитую чернилами.

— Давно. Лет десять назад. А твое?

— А мое не могло стать источником твоего иммунодефицита, - отшивает меня она. - Сильный стресс, может?

— Я поймал пулю, - обвожу пальцем рулевое ранение - розовый шрам. - Мне сделали операцию. И я стал хреново заживать.

— Пуля - это серьезное ранение.

— Она была не первая, - прикасаюсь к шраму десятилетней давности. Я знаю, как это должно заживать. А в этот раз - все было плохо. И становилось все хуже и хуже с каждым днём, пока мне не потребовалось переливание крови. Анализы, все дела... и выяснилось, что иммунка сдохла. Совсем.

— Хм... - тушит в пепельницу сигарету.

— Есть мысли?

— Вариантов сотни.

— В самом деле? Мой прошлый иммунолог был гораздо скромнее в своих версиях.

— Я не самый скромный иммунолог. А почему он больше с тобой не работает?

— Я его... ммм... уволил. Были причины.

— Я могу с ним пообщаться и обсудить анамнез?

— К сожалению, это невозможно.

— От этого зависит твоя жизнь.

— Невозможно. Ищи другие источники информации.

— Окей... - вздыхает.

Скролит по экрану телефона.

— Там написано, что со мной не так? - немного раздражаюсь я отсутствию ее внимания.

— Я смотрю на тебя, Дан, - не поднимая глаз.

— Нет, не смотришь.

— Я смотрю на твою кровь. Она гораздо информативнее твоего члена.

Усмехаюсь.

— У меня ещё есть глаза... - улыбаюсь я. - Ясные и чистые, как моя стерильная клетка.