Книга Брак с гарантией, страница 131 – Янка Рам

— Что? – смутившись, уточняю я.

— У тебя был гость?

Медленно сдвигает немытую кружку на столе.

— Мальчишки из интерната... тебя искали... – зачем-то оправдываюсь я.

— Я про другого гостя.

— А... – вдруг вспоминаю, что да, был.

И мне становится мерзко и стыдно. Переминаюсь с ноги на ногу под его пронзительным недовольным взглядом как школьница.

— Рассказывай, – разводит руками.

— Ааа... не буду!

Это что мне за смена повестки, в конце концов? Про жену свою пусть сначала расскажет.

— А чего вспыхнула-то? – прищуривается гневно. – Трогал тебя?

Лицо моё вспыхивает еще сильнее от воспоминания, как ко мне прикоснулись чужие губы. Так вспыхивает, что, кажется, глаза от жара сейчас вытекут.

— Чего молчишь, Ирина Алексеевна? – цедит.

Это очень обидно! Обидно всё, что со мной произошло за эти дни. И что меня опять обвиняют в этом! Я опять чувствую себя обманутой, изнасилованной и обвиненной в этом.

От бессилия и клокочущих в горле эмоций сметаю со стола кружки. Они летят в стену.

— Ты!! – рычу ему в лицо.

Голос дрожит.

Теряю вдруг смысл объясняться.

Показываю пальцем на кухню.

— Вон из моего дома!

Ведет по мне ледяным взглядом.

Дернув желваками, выходит через разбитую арку и прямо из моего разбитого сердца.

Меня начинает трясти от понимания, что всё... что ушел... и всё...

И это так страшно и больно.

И нельзя ничего сделать с этим.

Задыхаясь, истерично втягиваю воздух. Трясущейся ладонью закрываю рот. Потому что хочется покричать.

И еще поплакать. Но глаза мои сухи.

Мне кажется, я умираю.

В прострации так и стою, замерев. И когда моё сердце практически взрывается от перенапряжения, внезапно он заходит обратно. Ставит передо мной кружку. Пахнет травами. Ромашкой, мятой...

— Села.

Обрушиваюсь послушно на стул.

— Пей.

Садится напротив.

Смыкаю трясущиеся пальцы на тёплой кружке.

— Что он здесь делал?

— Я попросила о помощи... с Васей... – с обидой шепчу я, глядя в сторону. – У него есть... возможность.

— И? Помог? – со злым скепсисом.

— Сказал... поможет... если... – морщусь с отвращением.

— Согласилась?

Отрицательно качаю головой, не глядя ему в глаза. Меня передергивает.

— Унижал тебя?

Киваю, поджимая губы.

Оскаливается, психуя.

— Идиотка!... – зло и устало.

Мои губы дрожат от обиды.

— Что мне было делать?!

— Ждать меня! – рявкает.

— Ждать тебя?! – взвиваюсь я.

— Да! Я к кому тебе велел обращаться?!

— Не ори на меня!!

Подлетаю снова на ноги. Сбиваясь, заикаясь от возмущения, с истерикой высказываю ему всё, что происходило в эти дни. Про его мать, про его жену, про все это давление. Про то, что сбежал Вася. И что я оставила свой телефон на месте преступления. И что записку его я получила в куцем виде, и то случайно!

И уже даже сама едва ли понимаю в своем хаотичном наборе слов и эмоций месседж, который хочу донести.

Замолкая, пихаю ему по столу набор слов от него. Для доказательства.

Молча поднимает бумагу. Рассматривает.

— Что я должна была понять отсюда?!

Отодвигает чуть в сторону.

— Перечитай.

Расстегивает ремень, снимает брюки.

Опешив, недоверчиво смотрю на него.

— Что ты делаешь?

— Мне нужно поспать. Через час разбуди.

— Здесь?..

Не то чтобы я настаиваю, чтобы "валил к жене", хотя эта фраза мной многократно отрепетирована для уверенности.

— А где? – бросает тяжелый взгляд мне в глаза.