Книга Мама для Его дочери, страница 7 – Наталия Ладыгина

А… Вон оно как.

— Ясно, — закусила нижнюю губу до боли. Меня на такие эмоции пробило, что меня непроизвольно задергало.

— Теперь ты ответь. Когда вышла замуж?

Амурский в своем репертуаре. В этом он весь. Он всегда ждет в ответ. Ничего не дает просто так. Таким методом он намногое меня раскрутил. И даже сейчас, пригласив меня в свой дом, он явно чего-то ждет взамен.

— Два года назад.

— Мм… и каково в браке?

— Как и у всех.

— Не знаю… Я не был в браке ни с кем.

— Один растишь Полину?

— Есть няньки, сиделки… Но ты не уходи от ответа. Кто он? Чем занимается?

— Какая… тебе разница? — выдыхаю нервно и ударяю ладонями по обивке дивана. — Он обычный. Программист. Самый обычный парень.

— Молодой?

— На три года старше меня. Еще вопросы будут?

— Мне просто интересно, как ты жила все эти годы. Что видела, чем занималась…

Мирослав сбавил обороты. Говорил спокойно, несмотря на мою нервозность, и даже смотрел иначе.

— Ничего особенного. Я закончила учебу, которую мне навязали мои родители, а потом вышла замуж.

— Счастлива в браке?

— Очень.

Величайшая ложь на земле. Мой брак был хорош первые полгода. Даже не был отличным. А последние полгода — это превратилось в пытку. Но Мирославу не нужно об этом знать.

— Тогда почему ты в новогоднюю ночь оказалась в такой ситуации? Куда ты ехала? Готов спорить, что ты в городе живешь.

— Я… я просто ехала, Мирослав. Просто ехала…

На ум не пришло сказки, которую я могла бы ему скормить. Я просто ответила, как ответила…

— А вот и я! — Полина вернулась к нам. Приближалась с большой кружкой горячего шоколада. — Это тебе!

— Спасибо, моя хорошая! Как много…

— Ты замерзла. Выпей!

— Спасибо тебе. Ты мне, кажется, хотела свои рисунки показать.

— Да-да-да! Сейчас! Я наверх сбегаю! Только не уходи никуда!

Я улыбаюсь, глядя на то, как девочка в припрыжку убегает.

— Надеюсь, ты не против…

— Что, не против?

— Моего общения с твоей дочкой.

— Почему я должен быть против? Ты ей нравишься. Мне, когда-то, тоже нравилась, — акцент упал на последнее предложение. — Ты… почти не изменилась, Устина.

Раньше он называл меня по-другому. Теперь слыша из его уст мое полное имя, я чувствую себя взрослой.

— Разве?

— Мордашка уже не такая детская. Волосы стали длиннее.

— Ты тоже… изменился.

— Постарел?

— Все мы не молодеем… Но нет, ты не постарел.

— И все же, — Мирослав убирает ногу с ноги и немного подается вперед, сложив руки на колени. — Почему ты это сделала? — в его глазах загорелся нехороший огонь. Тот самый, с которым он меня встретил в своем доме.

— Уже неважно.

— Важно. Я хочу знать. Имею право.

— Это ничего не изменит.

— Ясное дело, что не изменит. Я просто хочу знать, почему ты так поступила. Дело было в твоих родителях?

— Нет… Отец, конечно, хотел меня прибить, когда узнал, что я спуталась с кем-то старше себя на десять лет, но не в этом была причина. И я тебе уже сказала… Это была не любовь. Мимолетное увлечение. Обсуждать нечего, Мирослав, — уткнулась в чашку с горячим шоколадом и сделала глоток.

Мирослав больше не настаивал на правде, которую я скрывала от него, да и Полина вернулась с альбомом.

Повторяюсь… У меня были и есть причины молчать о прошлом. А врать я не хочу. Впрочем, я уже солгала ему, и не раз. Но больше не хочу.