Книга Развод. Ты мне не муж!, страница 43 – Наталия Ладыгина

— Продолжай.

— Брат намерен получить в дар компанию отца и сразу же продать ее ради какого-то своего дела. Он это Эльзе сказал. Я подслушала, не заходя в палату. А отец… отец этого просто не переживет, — судорожно выдыхаю и подношу пальцы к вискам, которые пульсируют на нервной почве. — Отец мне не поверит, если я ему скажу.

Я совсем одна.

— Да, скорее всего, — соглашается Соболев равнодушным тоном.

— С ума сойти… Я рассказываю обо всем этом, можно сказать, своему врагу…

А может, я зря это? Ведь он может как-то воспользоваться этим. С чего я решила, что он может как-то помочь?

— Я враг? — уже совсем другим голосом интересуется Соболев.

— Я тебе не доверяю.

— Но рассказала мне.

— Есть причины…

— Ты хочешь, чтобы я что-то сделал?

— А разве возможно что-то сделать? Даже если ты скажешь моему отцу, что ты сам лично слышал этот разговор, то он не поверит. Ни за что не поверит.

— Ответь мне на один вопрос, Мира, — Соболев сцепляет кисти рук в замок на столе. — Почему тебя это так волнует? Твой отец же, считай, вычеркнул тебя. И не говори, что это неважно. Для такого человека, как твой отец — это своего рода показать свою любовь. А тебе он ничего не дает.

— Я просто не хочу, чтобы мой отец умер от сердечного приступа. У меня нет никаких иллюзий по поводу его любви ко мне. Я для него ресурс. И согласившись на все это — я как раз-таки хочу перестать быть этим самым ресурсом.

— Успокойся.

— Как мне успокоиться?..

— Не будет все так, как твой наивный брат себе придумал. У него ума не хватит все это провернуть так легко и просто. Если твой отец и передаст ему руль, то он мгновенно не станет владельцем компании с правом ее продать. Так оно не делается. Там есть и другие люди, которые в доле и вложили свои активы.

— Да?..

— Конечно. И скорее всего твой отец при передачи ему власти внесет особый пункт, который будет запрещать ему делать подобные глупости на протяжении долгого времени.

Слова Соболева меня успокаивают. Мне кажется, он все это откровенно, и не пытается меня просто успокоить.

— Но он так ему доверяет…

— Перестань. До этого всего очень далеко. Ты к этому времени станешь сильнее и, как знать, как все изменится, — встает из-за стола, обходит его, ко мне подходит. Руку протягивает, в которую я вкладываю свою, и он тянет за нее, помогая подняться.

— Мы куда?

— В комнату отдыха. Сейчас нам принесут кофе и обед.

— А… Хорошо.

Заводит меня в небольшую комнату, оснащенную всем для отдыха.

— А на минуту.

Он уходит, а я к окну иду. Всматриваюсь вдаль и тону от представлений того, что грядет. Все это только начало.

Ахаю, чувствуя за собой присутствие.

Соболев рядом. В каких-то сантиметрах. Я не слышала, как он подошел.

— Как тебе вид?

— Красивый очень. Я, кстати, не голодна.

— Как не голодна? Я настаиваю. Тем более нам нужно обсудить нашу свадьбу.

— Да… Когда она? — поворачиваюсь к нему. — Скоро?

— Тебе не терпится?

— Мне не терпится, чтобы скорее пошел отсчет. Он ведь пойдет только с того момента, когда мы заключим брак, так?

— Так.

— Ну вот. Так когда? — руки под грудью скрещиваю. Он рассматривает меня, от чего мне как всегда неуютно.

— В следующую субботу.

— Уже?..

— А что ты так разволновалась? — ко мне ближе подступает.

— Прекрати, — руку ему в грудь упираю. — Еще раз тебе напомню: я — не моя сестра. Со мной приятное с полезным сочетать не получится, — совершенно спокойным тоном.