Книга Пышный цвет академического сада, страница 21 – Татьяна Гер

Его зрачки снова начали стремительно сужаться, превращаясь в две тонкие ниточки.

— Твой аромат… он сводит меня с ума. Дари, к чертополоху работу. Пойдём домой.

Его губы требовательно коснулись моей шеи, и по телу прошел мощный разряд тока. Горячие ладони нага скользнули ниже, уверенно сминая ткань лосин. Перехватив меня за бедро, Соренс резко потянул мою ногу вверх, заставляя обнять его за пояс. Полы моей предусмотрительно разрезанной юбки тут же послушно разошлись в стороны, совершенно не сковывая движений. Наг приподнял меня, ещё плотнее прижимая всем телом к своему паху.

Внутри всё сладко сжалось, голова пошла кругом. Выгнувшись в его сильных руках, я шумно выдохнула вместе со слабым, сорвавшимся с губ стоном. Я уже почти была готова сдаться на милость этого чешуйчатого искусителя, когда его поцелуи спускались всё ниже, к ключице, заставляя меня плавиться, словно воск…

И тут в тишине оранжереи раздалось громкое, слаженное:

— ХО-ЗЯ-ЯЙ-КА-А!

Мы оба резко замерли. Соренс нехотя оторвался от моей шеи, тяжело и прерывисто дыша. Его зрачки всё ещё были сужены, а хвост кольцами сжал мои ноги, удерживая на весу.

— Что это за звук? — хрипло спросил он, оглядываясь.

Из-за кустов, весело повиливая хвостиками, выкатились три оранжевые тыквы.

— Хозяйка! — радостно завопил главарь.

Но не успела я даже открыть рот для оправданий, как с другой стороны, из туманной секции, с гордым маршевым пением начала вышагивать шеренга мухоморов. Возглавлял шествие гриб-француз, который умудрился где-то раздобыть сухую веточку и теперь вовсю дирижировал ей, как тростью.

Соренс медленно, очень медленно перевёл взгляд с марширующих мухоморов на прыгающие тыквы, а потом посмотрел на меня. Его зрачки округлились до размеров чайных блюдец. Великий и ужасный наг просто завис, не в силах вымолвить ни слова. Хвост его безжизненно обмяк, выпустив мои ноги из плена.

— Дари… — очень тихо, зловещим шёпотом произнёс муж. — Что. Ты. Сделала?

— Я… я просто проверила, не гнилые ли, — пискнула я, искренне желая провалиться сквозь землю.

Не успел Соренс выдать гневную тираду, как воздух посреди аллеи пошёл рябью и прямо перед нами соткался дымчатый дракончик.

— Личная почта ректора, — приглушённо прокомментировал муж, мгновенно посерьёзнев.

Дракончик открыл пасть, и из неё раздался приятный, бархатистый голос взрослого мужчины. Хм, где-то я такое уже видела…

— Магистр Соренс! Напоминаю, что до Осеннего бала осталась ровно неделя. Ректорат ждёт от вас полный проект магического украшения главного зала. И упаси вас Бездна, если декор снова будет состоять исключительно из ядовитых лиан и боевых шипов! Жду отчёт сегодня до вечера.

Закрыв пасть, дракончик бесшумно растаял в воздухе, будто его здесь и вовсе не было.

Я робко повернула голову к мужу. Соренс стоял неподвижно, молча переводя взгляд с марширующих мухоморов, на прыгающие под ногами тыквы. И в этот момент в его глазах медленно разгорался очень странный, хитрый огонёк. Наг медленно расплылся в предвкушающей улыбке, от которой у меня по спине пробежал холодок.

— Значит, декор… — вкрадчиво протянул змей, снова собственнически притягивая меня к себе за талию. — Знаешь, Дари… Мне кажется, этот Осенний бал наша академия никогда не забудет.