Книга Злодей второго плана, страница 74 – Галина Владимировна Романова

— Например, какими?

— А что я делала посреди ночи на берегу? Да еще в таком откровенно браконьерском месте. От моего дома до него надо пешком часа полтора идти. Кто мне поверит, что я там гуляла?

— Никто, — согласно кивнул Серж.

— И я о том же! А если выведут меня на откровенность, мне придется рассказать им всю правду, которую я узнала. Что ты и есть тот самый залетный предприниматель, который тут браконьерствует. Что именно у тебя был и продолжается роман с Наташкой Новиковой. И значит, у тебя был мотив для убийства ее мужа — нашего участкового. Но учитывая, что ты служишь в полиции, ты… Ты сядешь надолго, Сережа. И я останусь совсем одна. И твоя семья осиротеет. Это очень страшно!

И Светлана Семеновна так горько расплакалась, что Серж растерялся и даже сделал попытку ее утешить. Дотянулся до ее ладоней и погладил. Салфетку протянул, чтобы она лицо вытерла. Неумело вышло, неуклюже, но Светлана Семеновна оценила.

— Ладно, мамань, не плачь, — ворчливо попросил он. — Развела тут, понимаешь, сырость. Но… Но честно признаюсь, мне приятно. После смерти мамы никто и никогда так за меня не переживал. Хватит, хватит, успокаивайся. И да, Антоху я не убивал.

— Да?! — она вскинула на него полный надежды взгляд. — А как же… Кто?

— Никто. Все было так, как значится в материалах дела. Этот дурачок запутался в сетях и утоп. Но не в моих сетях, а в своих. Решил у меня улов перехватывать выше по течению.

— Это правда, Сережа?! — слезы полились из ее глаз сильнее. — Господи! Я так рада… Но вдруг нам не поверят?

— Нам? Ты серьезно решила, что я пойду к Лаврентьеву и сети сдам? Не, мамань, как-нибудь без меня. Я каяться не стану. Это по-любому срок. И увольнение. Не, не пойду. А что касается Антохи, я тебя успокою. У меня даже доказательства есть, что он сам утоп.

— Какие доказательства?

— Запись с камеры слежения, — с большой неохотой признался Серж. — Я, когда понял, что меня кто-то обувает с уловом, начал берег обследовать. И нашел место выше по течению, где кто-то промыслом занялся. Конкурент, одним словом, завелся. Я решил выяснить, кто такой борзый, и поставил камеру слежения. На солнечной батарее, небольшую такую. Пришлось на дерево лезть самому. Жесть… Короче, выследил я конкурента. Антоха это был. Я к его жене с вопросами. Она, типа, не знаю. В отказ пошла.

— У вас на тот момент уже были с ней отношения?

— Да. Давно у нас. Еще до ее брака все началось, — поморщился Серж. — Но Наташка вообще не при делах. Она перепугалась сильно и начала ныть, чтобы я ее Антоху не трогал. Она сама ему по башке надает и заставит сети убрать.

— Сделала?

— Не успела. Антон через день и утоп. Я даже камеру слежения не успел снять. И хорошо, а то мало ли кому меня захотелось бы обвинить в его смерти. Как вот тебе, к примеру.

— Сережа, но, если ты не виноват и у тебя есть доказательства твоей невиновности, может, расскажу участковому Лаврентьеву?

— О чем? Что я браконьер? — криво ухмыльнулся пасынок. — Я хоть и сворачиваю свой бизнес, понял, что далеко зашел, но прежние мои грехи никто не отпустит. Так что, мамань, молчим пока. Тем более что убийцу Сани Архипова ты четко не видела.

— Я видела, как они боролись. В воде, — поежилась она, как будто ей мгновенно стало холодно. — И как ругались, слышала.