Книга Старый новый кот, страница 78 – Евгения Малинкина

Деловая директор забежала в кабинет, набрала внутренний номер и попросила воспитателя спуститься к гостям. Затем она быстро надела пальто и умчалась.

Пока они ждали воспитателя, в голове у Даши вертелись сотни вопросов. Самая главная мысль, которая не давала ей покоя, была такой: «Вдруг Нина Леонидовна как-то связана с Мариной или она и есть сама Марина?» Даша отгоняла эти мысли одну за другой, потому что они казались ей абсурдными. Она посмотрела на Кирилла, и он, казалось, прочитал её мысли.

— Связь точно есть. Давай попробуем выяснить.

* * *

Примерно пятнадцать минут они ожидали воспитателя в холле. Вдалеке слышались детские голоса, а из столовой доносились не слишком аппетитные запахи капусты и чего-то мясного. Нина Леонидовна стремительно появилась откуда-то из боковой двери и, поравнявшись с Дашей и Кириллом, приветливо поздоровалась. Рядом с высоким Кириллом воспитательница выглядела хрупкой и миниатюрной. Её седые волосы были аккуратно уложены в причёску.

— Вы по поводу Вани? — спросила она с доброй и располагающей улыбкой.

— Нет, мы по поводу Дани Горелова.

— Данечки? — Нина Леонидовна, присев на скамейку, с тревогой взглянула на них. — Кто вы? Почему вы его ищете? Неужели снова журналисты?

— Нет, мы не журналисты.

— Откуда вы знаете Даню?

— Мы не знакомы с ним, но только что увидели его фотографию, и у нас возникли вопросы. Возможно, вы сможете на них ответить.

— Только что?

— Да, мы увидели её на стенде перед кабинетом директора. Дело в том, что Даня Горелов очень похож на нашего Даню Иванова.

— У меня есть фотография Дани Иванова, — сказал Кирилл. — Можете посмотреть и убедиться сами.

Кирилл полистал фотографии в своём мобильном телефоне и открыл снимок Дани, сделанный на одном из мероприятий «Киноантуража».

— Да, это Даня. Но какой-то он возмужавший. Ничего не понимаю. Где он сфотографирован? Столько людей вокруг… — Нина Леонидовна была в замешательстве. — Кто вы, если не журналисты, ответьте наконец?

Даша рассказала, кто они такие и объяснила причину расспросов. Вопреки ожиданиям, Нина Леонидовна стала ещё тревожней:

— Значит, ваш Даня и мой Даня — родственники. Или всё же совпадение? Нет, не совпадение. Таких совпадений не бывает. Сама вижу, вон уши ни с какими другими не перепутать, как у норвежского тролля. Что же это получается?

— Нина Леонидовна, расскажите нам о Дане Горелове. Вы так сильно переживаете за Даню. У вас так много подопечных, вы ко всем так относитесь?

— Они же сироты, как ещё… — Нина Леонидовна посмотрела на Дашу и тяжело вздохнула. — Нет, конечно, не ко всем. Понимаете, Даня мне как сын. Я же работала в доме малютки, когда его привезли. Он был таким крошечным, недоношенным, пока мы ждали скорую помощь, он всё время был со мной, а когда его увезли в больницу, у меня сердце болело. Потом, когда он был у нас в доме малютки, я, бывало, приходила не в свою смену, не могла долго без него. Говорили, что он не будет ходить, а он пошёл. Тогда стали говорить, что разговаривать не сможет, а он заговорил. Я всё боялась, что его усыновят, но он был такой болезненный, что никто так и не решился. А как подрос, уже и усыновителей практически не осталось. Старших берут неохотно. Пугает пубертатный период и прочие заморочки. Не знаю, что бы я делала, если бы его в семью забрали или мать нашлась. Очень я прикипела к нему.