Книга Убийство в издательстве, страница 85 – Анна Дельвиг

* * *

13 февраля

За месяц до убийства

— Если хотите знать мое мнение, ваши книги – редкостная ерунда, – проронил критик Денис Добролюбов, накладывая себе на тарелку говяжью нарезку.

На фоне играла классическая музыка, в отдалении мелькали вспышки камер. Колонны довольно пафосного фуршетного зала поднимались ввысь: маркетинг явно не экономил денег на проведение литературной гостиной.

— Вы довольно красочно расписали это в своей статье. Другими словами, но все же. Но людям мои книги нравятся. – Сильвер Рокс пожал плечами, отламывая горсть винограда. – Поверьте, я бы хотел написать что-то хотя бы в меру интеллектуальное, а не только развлекательное, но увы – я тот, кто я есть, и я умею этим пользоваться. Спасибо, кстати, за статью. Несмотря на то, что вы не сказали ни одного хорошего слова, она подняла мне продажи. В целом, так это и работает…

— Так это и работает, – процедил критик, следя за тем, как писатель отправляет в рот крупные виноградины одну за другой. – Но если вы понимаете, что продажи не главное, и хотите шагнуть на новый уровень, создав произведение иного порядка…

Он вытащил из кармана пиджака визитку бара «Лабиринт» и протянул писателю.

— Книгу, которая сможет изменить мир.

— Благодарю покорнейше. – Рокс равнодушно взял визитку и положил в карман небрежным жестом. – Мне не нужно менять мир. Мне достаточно того, что я пишу книги, которые продаются.

Добролюбов проводил его взглядом. Несправедливо, подумалось ему, что одним из самых влиятельных писателей является графоман.

— Глупец, – тихо процедил Добролюбов.

Будь у него, критика Дениса Добролюбова, такой тираж, уж он бы не разменивался по мелочам и не давал отзывы на никчемные проекты.

Из толпы вынырнула Лиза и взяла критика под локоть рукой в кружевной перчатке.

— О чем ты думаешь? – промурлыкала она.

— О том, что в моей классификации Сильвер Рокс едва ли принадлежит к группе «С», – ответил Добролюбов, кладя ладонь поверх ее пальцев, но не глядя девушке в лицо. – Такие «творцы» должны быть исключены. Текст должен быть выверенной формой, заклинанием. А не грудой сюжетных каракулей с выпадающими абзацами.

— Ты то же самое сказал про розы, – вспомнила Лиза. – Когда впервые зашел в мой цветочный купить букет. Сказал: «Исключите эти розы, они недостаточно свежие».

— Ну они портили букет! – возмутился Денис, буравя взглядом Рокса, который снова появился в поле видимости. – Букет должен быть идеальным. Цветок к цветку. Сбалансированный аромат. Никаких желтеющих краев.

— Люблю твою тягу к прекрасному, – патетично вздохнула Лиза, кладя голову ему на плечо.

Она на секунду опустила пышные ресницы, и зал с уймой писателей, журналистов и деятелей культуры ненадолго померк, оставив только тепло в груди и одного-единственного Добролюбова рядом.

* * *

Наши дни

— Добролюбов типа важная шишка? – спросил Костя и невольно сглотнул.

— Да нет, не особо. – Лера почесала нос возле пирсинга. – Но он ценится в узких научных кругах и бывает востребован в интеллектуальной и псевдоинтеллектуальной прозе. Порой дает отзывы на умные, но малотиражные проекты… Так-то не все знают, что «Дискурс Д» – его детище.

Лера действительно помогла стажеру с разметкой на верстку, и теперь они ехали на лифте на этаж производства. Меланхолично глядя, как меняются номера этажей, Костя изо всех сил старался думать о чем-то отвлеченном. В итоге он пришел к заключению, что «верстак» звучит как название предмета, а не человека.