Книга Убийство в издательстве, страница 35 – Анна Дельвиг

— Это какая? Мне сложно представить… – поднял бровь Костя.

— Такая: «О, значит, смогу Ариадне текст на вычитку дать, значит, она свободна». Потом я спохватилась, конечно, но мысль ужаснула.

«Ариадна».

— Да брось, ты просто вся в работе была! Не сразу осознала, – успокаивала Аля.

Но Эльвира покачала головой, и ее взгляд был виноватым.

— Ариадна Ткаченко – это наш с Левой редактор. Она лучшая. По большей части работает на остросюжетку, потому что ей нравятся книги об убийствах и ужасах. Очень хорошо правит текст, и, разумеется, ее заранее бронируют на многотиражные проекты. Она редактировала все книги Рокса и последнюю… тоже она должна была, но не случилось. А мне обидно. Я хотела, чтобы она помогла мне с моим «Камергерским кладбищем». Рокса и так купят, а это новый проект, и ему нужна… нужна хорошая проверка языка.

«Нравятся книги об убийствах и ужасах. Нет-нет-нет, это, разумеется, ни о чем не говорит», – Костя мотнул головой.

— И как, теперь она взяла редактуру? Эм… ну, в смысле, может, я смогу ей отдать что-то из своего, когда разберусь? Она занята? – торопливо спросил он.

— Взяла, – вздохнула Эльвира и отвернулась. – Кстати, придет сегодня договор подписывать.

Эльвира. У книг, которые она издавала, довольно простые и немного старомодные обложки. Тут были фотографии людей, бумаг, городов и отдельных предметов. Кровь на лезвиях, глянцевый лак на орудиях убийства.

— Если я не могу сразу разгадать преступника, это заявочка на успех, – сказала Эльвира. – Но слишком запутанные и сложные повороты сюжета меня удручают.

Она была проста и прозаична. Писала стихи и сперва стеснялась в этом признаться, но в итоге с необычайной резвостью взяла у Кости телефон и подписала на свой канал, где помимо очевидных метафор были борщ и фотографии двух детей.

— Лева очень громкий и не всегда джентльмен, – призналась Эльвира. – Я уважаю его как коллегу, но… вполне понимаю, почему он одинок.

Слишком горько это было сказано.

Костя сочувственно кивнул, пытаясь понять, как бы ему подступиться к Арине и Лере. Его не покидало ощущение бесполезности разговора, который лег на плечи грузом чужой невысказанности.

В этот момент в отдел зашел высокий худощавый мужчина и тихо спросил:

— Где сидит Козлов?

— Ну как вы думаете, кто из нас господин Козлов? – захихикала Алина. С этой ее шуткой Костя поднял глаза и понял, что в отсутствие Утомского был единственным мужчиной на отдел, и нервно сглотнул.

— Это Айзек из техподдержки, – представила тем временем Эльвира.

— Да устанешь к вам каждый день ходить. – Айзек отмахнулся, устраиваясь за Костиным столом и включая компьютер.

— А… это вы недавно ко Льву Валерьяновичу приходили? – осторожно спросил Костя.

— Угу. Криков было! Ну я сказал, что заявка заведена, ожидайте. Висит в очереди. Но, скорее всего, он сам же и потер все файлы. Совсем уже крыша у старика поехала…

— А с диска-то, с диска как он исчез? – Младший редактор Женя подпрыгнула. – Я собственнолапно его сдавала! Должна была остаться отметка в программе о том, кто удалил файл, но ее нет.

— Вы просто ошиблись. Перепутали с другим проектом. Диспетчер завела этот по ошибке. – Айзек пожал плечами. – Добавьте комментарий к таску в нашем трекере. Поверьте, в девяносто девяти процентах обращений виновата не техника, а пользователь.