Книга Последняя рыбалка майора Никитича, страница 40 – Ольга Липницкая

— С нами обращались терпимо, – прошептала Марийка, – Но что с девочками сейчас я не знаю, – ее голос сорвался на слезы.

— Марий, ты того, – утер тыльной стороной ладони сопли Колька, – Ты не нервничай! Погнали, я тебя домой отвезу.

— Да! – кивнул Евген, – Нужно к Чибису. Там безопасно.

Сам тут же отвернулся и снова замер у монитора на котором мигали три зеленых точки и одна красная. Его лицо превратилось в бледную маску. Его глаза прожигали сетку радара, словно где-то там крылись координаты его Даши.

Марийка зажмурилась, покорно кивнула и шагнула к машине.

.

Нерия уверенно резала волны, следуя точно по курсу, заданному Евгеном. Санёк хмуро смотрел вперёд, крепко сжимая штурвал, словно от этого зависела его собственная жизнь. Чибис мерил палубу широкими шагами, а Михайловский нервно поглядывал на толстяка, который с каждой минутой выглядел все увереннее.

Неожиданно в эфир прорвался напряженный голос Евгена:

— Они замерли! Стоят на месте. Совсем непонятная точка, парни... Ни причала, ни построек. До ближайшего населенного пункта семь километров по прямой...

На яхте наступила тяжелая тишина. Чибис резко остановился и впился взглядом в Никитича:

— Может, маяки обнаружили? Или шашки дымовые какие? Что-то их насторожило...

Никитич задумчиво нахмурился, тщательно перебирая варианты в голове. Ситуация вырисовывалась не просто тревожной – она выглядела откровенно плохой.

— Ясно одно, – наконец решительно заговорил Санёк, – на базу свою они идти уже не собираются. Если стали здесь, значит, чуют что-то неладное.

— Влипли вы, мужики, – неожиданно подал голос толстяк.

— Не вы, а мы! – огрызнулся Михайловский.

— Не! – широко улыбнулся тот, кто еще полчаса назад выглядел жалким и несчастным, – Вы! – уверенно произнес он.

Глава 24

Толстяк прошелся по комфортной каюте Нерии, которая явно служила гостиной, и уселся в красивое хозяйское кресло.

— Вы правда думали, что я простой покупатель? – чуть высокомерно посмотрел он на Домбровского, Михайловского и остальных, – Не, ваша Марийка, конечно, тот еще самородок, но миллион! – он хохотнул, отчего его многочисленные складки вздрогнули, как жидковатый холодец.

— Ты хочешь сказать... – угрожающе понизив голос, начал Никитич.

— Я хозяин всего этого предприятия, – лучезарно осклабился толстяк, – А с тобой, – он снова посмотрел на Домбровского, – Я просто играл на повышение! Я же видел, что ты готов выложить за эту бабу последний доллар! – мужик откинулся в кресле с довольным видом.

— То есть это ты у нас работорговец! – прошипел сквозь зубы Чибис.

— Но-но! Я попрошу! – оскорбился пленник, – У меня все женщины добровольно! С вашими, – сморщился он, – осечка вышла. Но я тут ни при чем! Это самодеятельность исполнителей, – он грустно вздохнул, – Даже жаль! Бабы у вас отборные!

Тут вперед рванули и Никитич, и Чибис! Михайловский еле успел их перехватить!

— Вы тут особо не рыпайтесь, – ухмыльнулся жирный мужик, – Вы же понимаете, – он посмотрел в сторону яхты работорговцев, – что численный перевес на моей стороне! А в правовом поле вы мне ничего не сделаете, – развел он руками, – все у меня чики-пуки! Даже сейчас, – толстый хохотнул, – я тут у вас заложник!

— Ну вот мы на тебя, заложник, – глухо прошипел Чибис, – наших жен-то и выменяем.