Книга Фуга, страница 102 – Елена Ядренцева

— А из нашей семьи, – сказала мама как-то, – конкретно из моей семьи никого вообще никуда не возьмут.

— Почему?

— А потому, что свой круг я покинула, а вне его моя фамилия всех раздражает. Любая б из старинных раздражала, но остальные живут в центре. А мы здесь.

— А почему ты ушла?

— Принципы, – говорила мама и откидывала с лица блестящие гладкие волосы, – еще я буду силу города использовать, как крем от морщин. Они все ведьмы там за чужой счет. Ты почему не спишь?

О да, Джо знала, что на работе маму держат… ну не из милости, но и любить не очень любят. Мама вела в университете пары по правильности речи, оформляла выставки и рисовала нужные портреты.

— Правильность речи, – шипела как-то мама в телефон, задыхаясь от злости и потому чеканя слова, – правильность речи, искусство традиции, старинный слог и новомодный слог да плюс замены по стезям отцов – и вы не можете прибавить мне эти несчастные полставки?

В трубке, видимо, отвечали, что не могут, потому что мама качала головой и переспрашивала:

— Ну а на дочку? Почему распространяется? То есть вы не можете поговорить с ним, да, убедить как-то? Да. Да, я поняла. Спасибо вам.

Вешала трубку и прислонялась к стене, потому что уверена была, что Джо не видит. Джо вообще большую часть самых важных сведений получала, подслушивая или притаившись, когда мама бывала слишком усталой, чтобы заметить, что она в комнате не одна.

— Нет, не вернусь, – как-то сказала мама мертвым голосом кому-то на другом конце провода, – а кольцо ваше выбросила в реку. Не надо мне ни мужа, ни богатства. Вы обворовываете город, вам же хуже будет. Да-да, я знаю. Да-да, все эти ваши украшения. Что значит «переходит на ребенка»? Еще посмотрим, как и что перейдет. Нет, нет, нет. Всех благ.

И вот теперь придется снова жить в одном доме с взрослым, который ведь даже не мама. Непонятно, чего от него ждать, чего не ждать.

— А в городе есть школа?

— Должна быть. Какие-то вопросы тебя заботят, ну, мягко говоря, третьестепенные.

Третьестепенные. Да свою-то школу он помнит? Хотя, может, Я Вам Клянусь как раз был там всеобщим любимцем. Он-то может.

Джо сидела, вздыхала, ждала мастера. Ему, наверное, тоже неудобно, он и не звал ее, и не просил, это же Рысь с Роуз его уговорили, еще подсунули эти истории про маму. Ну да, Джо не врала ему, а все равно – жил себе мастер, никого не трогал, и тут на тебе – получи девчонку. Да чем ей заниматься там целыми днями? Книжки читать? Почему нельзя просто объяснить?

Джо обернулась было к Я Вам Клянусь, и тут-то в зале и появился он. Беловолосый. Похож на Яблоко, но двигался иначе – как будто был хозяином. И не смеялся.

— Доброе утро, – сказал голосом Яблока и очутился в середине зала, не сделав ни шага.

Старшие встали, взяв младших в кольцо.

— Доброе-доброе, – сказал Я Вам Клянусь рассеянно, – не скажу, что мы так уж тебе рады, но что поделать. Ты хотел чего-то?

Как Я Вам Клянусь говорит с ним вот так легко? И куда подевался Рысь? И почему все старшие нет-нет да и взглянут на Джо украдкой, через плечо, покосились и отвернулись?

Беловолосый кошачьим шагом подходил все ближе и вдруг сгустился совсем рядом с Джо – рукой достать. Я Вам Клянусь покачал головой, цокнул языком. Старшие девушки что-то зашептали. Нельзя убегать и драться нельзя. Просто переждать. Если от Яблока веяло едкой весенней слякотью, то от этого – холодом и смертью. Джо зажмурилась, чтобы меньше понимать, не успеть распробовать собственную гибель, и теперь слышала спор Белого с Я Вам Клянусь: