Книга Гипнотизер в МВД: игры разума, страница 66 – Алим Тыналин

В это время в кабинет заглянул другой мужчина с папкой бумаг в руках.

— Извините, что отвлекаю, Олег Дмитриевич, — сказал он просительным тоном. — Но здесь срочные бумаги. По заказу Уралмаша. Не терпит отлагательств.

Виноградов подозвал его, уселся за стол и бегло просмотрел бумаги. Потом принялся подписывать.

Я внимательно посмотрел на вошедшего. Высокий мужчина, плотный, представительный, сильный.

Небольшое брюшко, кудрявые волосы. Звучный голос. Золотые запонки. Дорогой одеколон. А он, однако, очень любит себя.

— Вы, вероятно, тоже помощник директора? — любезно спросил я.

Мужчина улыбнулся.

— Нет, я первый заместитель. Меня зовут Куприянов, Данила Владимирович. Пока что стараюсь взять на себя все вопросы по работе, чтобы несколько облегчить горе Олега Дмитриевича.

— Да-да, если бы не Данила, я бы не знаю, как справился со всем этим, — вздохнул директор, подписывая документы.

Внимание зама привлек конверт с пиковым королем.

— А это что такое? — спросил он чуточку расширив глаза и коснувшись губ. — Опять присылают всякую чушь?

— Да это же Пиковый король, — рассеянно ответил директор. — Помнишь, мы с тобой как-то это обсуждали?

Но тут я снова счел нужным вмешаться.

— Послушайте, можно один вопрос? Кстати, он как раз касается писем.

Виноградов с неудовольствием посмотрел на меня, а Белокрылова промолчала. Молодец, умничка, понимает, что я не буду влезать в разговор просто так.

— Мы узнали, что Синицын, ваш погибший помощник, отправил перед смертью какое-то письмо. Очень важное, — сказал я и посмотрел на директора и его зама. — Вы не получали его?

Оба мужчин недоуменно переглянулись.

— Нет, ничего такого не было, — заявили они и я видел, что это правда.

— Ну что же, если получите, дайте нам знать, пожалуйста, — попросил я и добавил: — Оно имеет огромное значение для следствия. Возможно, в нем указано имя настоящего убийцы.

— Что же, хорошо, — подтвердил Виноградов и его зам тоже кивнул.

Затем подхватил бумаги и помчался вон из кабинета. Закончив с директором, Белокрылова отправила Терехова и Наварскую допрашивать любовницу.

— Можешь не волноваться, Витя и Лида отлично справятся, — сказал я, когда мы отправились по коридорам завода вниз. — Тем более, что его зазноба вряд ли причастна к убийству.

— Заткнись, пожалуйста, — попросила Белокрылова. — Тебе не кажется, что ты позволяешь себе слишком много?

— Нет, — я улыбнулся. — До тех пор, пока мои методы будут приносить успех, я буду использовать их.

Но шефиня не обращала на меня внимания. Вернее, сделала вид, что не обращает.

— Все-таки, директора нельзя окончательно списывать со счетов, — задумчиво сказала она. — У него есть любовница, это все меняет. Это значит, у него есть мотив. Он хотел избавиться от опостылевшей супруги, разве не так? А тут как раз подвернулся и помощник. Попался под горячую руку. Пришлось прикончить и его.

Версия интересная, но беспочвенная. Я не увидел у директора никаких признаков лжи. Все это я так и заявил своей собеседнице.

— Может быть, ты и прав, а может и нет, — возразила она. — Не надо считать себя последней инстанцией! И кстати, что это за письмо от погибшего помощника? Я не слышала ни о каком письме.

Я снова широко улыбнулся.

— Скоро ты узнаешь, причем гораздо раньше, чем думаешь.