Книга Гипнотизер в МВД: игры разума, страница 37 – Алим Тыналин

Она замолчала и я заметил, что у женщины дрожит подбородок. Вот зараза, она все-таки переживает это состояние. И этот неудивительно.

— Дарья Евгеньевна, уберите волнение, — приказываю я. — Просто отключите его, как отключают свет. Раз, и все! Вы пережили эту ситуацию, она осталась в прошлом.

Сработало. Долева успокоилась, перестала нервничать. Да и вообще вся она сейчас выглядела умиротворенной.

— Спроси, как он выглядел? — напомнила Белокрылова, стоявшая рядом.

Она подошла ко мне так близко, что я ощутил еле заметный аромат ее духов. Сладкие, соблазнительные. Вот еще, кстати доказательство того, что она, в первую очередь, девушка и только потом сотрудница милиции. И еще, от волнения она перешла на ты.

— Дарья Евгеньевна, скажите, как он выглядел? — спросил я.

Судя по описанию, преступник был молодой, от двадцати пяти до двадцати восьми лет. Симпатичный, с белозубой улыбкой. Волосы чуть волнистые, носит небольшую бородку.

— Это точно описание преступника? — недоверчиво спросил Иннокентий Борисович и опять поправил очки. Я машинально отметил у него этот жест, когда врач волновался, он сразу хватался за очки. — Может, она дает описание своей неразделенной любви из молодости?

Хотя доктор опять вмешался без спросу, в его вопросе было рациональное зерно. Иногда под гипнозом человек может смешивать воспоминания и выдавать галлюцинации за реальность. Что же, сейчас мы это проверим.

— У него есть особые приметы? — спросил я. — Пожалуйста, скажите вслух. Постарайтесь все припомнить.

Долева опять помолчала, а потом сказала:

— У него родинка на щеке. В виде крошечного полумесяца. Небольшой шрам на шее. Ровный очень.

Ну, это уже что-то. С таким можно работать. Белокрылова убедилась, что Терехов все записал.

— И еще у него не хватает кисти левой руки, — добавила, наконец, Долева.

Я не поверил своим ушам. Потом торжествующе взглянул на Белокрылову. Ну, что я вам говорил? Шефиня отдела изумленно смотрела на меня.

— Это все, — твердо сказала Долева.

— Да, заканчивайте уже, — сказал врач. — Она очень утомлена.

Белокрылова кивнула и я сказал Долевой:

— Отлично, Дарья Евгеньевна, все просто отлично. Вы прекрасно справились. Сейчас мы будем возвращаться в ваше обычное состояние. После пробуждения вы будете чувствовать себя великолепно. Вы быстро пойдете на поправку, а тревожные воспоминания уплывут и растворятся в воздухе, больше никогда не будут беспокоить вас. Слушайте мой голос и следуйте тем инструкциям, что я вам сейчас дам.

И я начал постепенно выводить женщину из транса.

* * *

В это самое время Аксаков, переговорив с криминалистами, вышел на улицу из здания, где располагались судмедэксперты. Подумал, и вернулся обратно. Позвонил в отдел.

Трубку подняла Лидия Наварская. Какой у девушки приятный голос, подумал Рем, ей бы на радио работать, если только дикцию подтянет. Впрочем, с ее внешностью можно работать и на телевидении.

— Это Аксаков, — сказал он. — Шеф вернулась с допроса?

— Нет, никого нет, — ответила Наварская. — Я уже тут давно сижу без дела. Меня закормили пирожными и кофе. Как быть?

Ну конечно, весь ГУВД сбежался к такой красавице. Аксаков сказал:

— Ждите распоряжений от Анны Николаевны, я не могу ничего сказать.

Он хотел положить трубку, но Наварская ответила: