Книга Не отступать и не сдаваться. Том 4, страница 57 – Алим Тыналин

Каждый раз, когда Кудашев пытался меня ударить, я останавливал его сравнительно легким толчком по наружной стороне предплечья бьющей руки. В то же время этот толчок заставлял противника повернуться в сторону отбива у него снова открывалась другая сторона корпуса, для удара уже моей рукой.

Более того, накладывая свои предплечья поверх рук Кудашева, я предугадывал его удары по движениям рук и вовремя успевал их парировать. Джолты, то есть короткие прямые удары я отбивал предплечьем внутрь моей стойки. Апперкоты Кудашева я парировал нажимая предплечьями вниз, а от его сокрушительных хуков я отбивался подставкой своей руки под удар. Сковывание атакующей руки я возлагал всегда на другую руку, ту самую, что постоянно соприкасалась с рукой противника.

Снова вмешался рефери и разнял нас. Мне сделал предупреждение, чтобы я перестал использовать такие связывающие приемы. Ну ладно, тогда я буду отбиваться по-другому.

Но едва Кудашев снова бросился на меня в атаку, как ударил гонг. Я не стал расслабляться, потому что был наслышан про агрессивный нрав противника и полагал, что он может снова напасть на меня, раздраженный моей прилипчивой защитой во второй половине раунда. Поэтому на всякий случай я остался в боевой стойке и правильно сделал.

Чертов ублюдок и в самом деле набросился на меня. Я успел уклониться от его хука, снова ушел в сторону и в это время гонг зазвенел снова, более настойчиво, как бы повторяя о том, что раунд закончился. Я не наносил ударов, чтобы не подвергнуться дисквалификации, а просто отбивался и уходил в сторону.

— Эй, ты чего, хватит! — закричали боксеры, а если бы в зале были зрители, то наверняка раздались бы возмущенные крики.

— Прекратите, Кудашев! — раздался голос от судейского столика, а тренер взбешенного Амурского Тигра уже охрип от воплей, пытаясь остановить своего подопечного.

Тут наконец вмешался рефери и оттеснил Кудашева в сторону. Я наконец смог позволить себе расслабиться и даже помахал противнику, чем вызвал у него новый приступ ярости. Ну что же, это хорошо, это как раз то, о чем говорил мой наставник, мудрый Черный ворон. Вот она, ситуация, когда сила противника оборачивается против него самого.

Да, годы совсем не охладили буйную головушку этого безбашенного Тигра. Если разозлить противника еще больше, то он вполне может напасть на рефери и снова подвергнуться дисквалификации. Это и есть победа, причем достигнутая самыми минимальными и экономными средствами.

— Ты смотри-ка, он действительно какой-то спятивший, — сказал Худяков, когда я вернулся в свой угол для отдыха.

Кудашев уже тоже возвратился в свой угол, но продолжал в ярости расхаживать туда-сюда. Он поглядывал в мою сторону, а рефери выжидательно смотрел на него, готовый к новой вспышке бешенства. Наконец, Кудашев уселся на стульчик и злобно смотрел на меня, а тренер пытался что-то ему втолковать, наверное, про то, что надо держать голову холодной.

Куда там, Кудашев даже думать об этом не мог. Я снова приветливо помахал ему перчаткой и Тигр зарычал от ненависти. Да, приятель, получается, что я уже нашел средство против тебя. Если все получится так, как надо, то ты в кармане. Оказывается, твой буйный нрав слишком сильное для тебя оружие. В следующем раунде я тебя возьму.