Книга Не отступать и не сдаваться. Том 3, страница 6 – Алим Тыналин

Отдохнув чуток, я посмотрел на кулаки. На костяшках сначала образовались мозоли, которые потом превратились в твердые наросты. Теперь отжиматься на кулаках для меня было легко, а вначале, помню, чуть ли не плакал от боли.

Поднявшись, я достал резиновый жгут. Закрепил на стене в коридоре, встал к ней спиной, взял концы жгута в руки и начал наносить перед собой одиночные прямые удары. Как можно быстрее.

Каждый раз, делая это упражнение, я удивлялся, как странно проходят удары, как будто я бью под водой. Кстати, два раза в неделю я действительно по приказу Егора Дмитриевича отправлялся в бассейн и тренировался под водой.

Окружающие меня спортсмены, ватерполисты и ныряльщики в воду, смотрели на меня, как на чудика. Обычные боксеры мало тренировались таким образом. Но я не обращал на них внимания и вскоре перестал выглядеть белой вороной в бассейне.

Впрочем, с парочкой наиболее соблазнительных девушек-пловчих я успел познакомиться и даже сходил с ними раза три на свидание, хотя мне не совсем пришлись по душе их развитые широкие плечи. В итоге, после нескольких встреч и отсутствия времени, все эти многообещающие знакомства прекратились.

Удары со жгутом только вначале легко наносить. После двух сотен ударов бить становилось все тяжелее и тяжелее. Как будто я молотил огромное желе и оно начало отчаянно отбиваться от меня.

Я бил до того самого момента, пока руки и плечи не заболели и мне не показалось, что я вообще не могу выкинуть кулак вперед. Передохнув немного, я начал снова, опять до того самого мига, пока руки уже не могли подняться в воздух. И так еще пять раз.

Последним домашним упражнением стали удары перед пламенем свечи. Я закрепил свечу все также в коридоре на уровне груди, затем зажег ее и начал наносить удары по воображаемому противнику. Кулак останавливал перед пламенем, добиваясь, чтобы свеча гасла от направленного потока воздуха.

Все эти упражнения делались ради одной цели — повысить силу моего удара. Сразу после покорения планки чемпиона СССР вечно недовольный Егор Дмитриевич, понаблюдав за мной на спарринге с мастером спорта из Астрахани, сказал мне:

— Это никуда не годится. У тебя удар, как будто цыпленок крылышком коснулся. Так не пойдет. Следующий твой этап — это чемпионат Европы или Олимпиада. Туда без мощного удара нельзя соваться.

Я тогда был горд одержанной победой и заявил:

— Не может такого быть, чтобы у меня был слабый удар. А как же все эти нокауты, что я нанес противникам?

Касдаманов рассердился еще пуще:

— Молчи, мальчишка. Сопляк эдакий! Думаешь, нацепил на шею железку и теперь стал неприкасаемым? Ничего подобного! Ты должен еще больше вкалывать, если хочешь остаться на вершине. На тебе теперь знаешь какая ответственность? А что касается удара, то ты даже еще не знаешь, что такое настоящий нокаутирующий удар. Ты должен уметь с одного хука валить быка, самого настоящего. Между прочим, я знал таких людей, которые и в самом деле могли это сделать.

Спору нет, я тоже про таких слышал. Вот только зачем мне нокаутирующий удар, ведь у меня совсем другой стиль боя? Это что же теперь, мне из игровиков переходить в нокаутеры?

Но на мои вопросы Егор Дмитриевич, как всегда не ответил, а разозлился еще больше.

— Делай, что говорят! — закричал он тогда. — Никуда не денется твой стиль, что ты с ним носишься, как с триппером? Если ты будешь игровиком с мощным ударом это что, плохо, что ли?