Книга Не отступать и не сдаваться, страница 66 – Алим Тыналин

— Не ты первый, не ты последний. Думаешь, только тебя за бокс из дома взашей погнали? У меня куча таких учеников. Ладно, выделю тебе комнату, поживешь пока у меня. Когда чемпиона Союза возьмешь, батя сам к тебе прибежит с извинениями.

— А я возьму чемпиона? — с надеждой спросил я.

Егор Дмитриевич грозно нахмурился.

— Будешь стоять здесь столбом, ни хрена не возьмешь! Иди давай, во двор, чисти снег! Потом пять кругов по району и пошевеливайся, нам тренировку начинать надо. Сорок минут даю тебе на все про все.

Благодарный за кров, я оделся и выскочил наружу. Быстро очистил двор от снега, сделал пробежку. Собаки снова увязались за мной, причем на этот раз к ним присоединились две здоровенные кавказские овчарки, насилу мне удалось отогнать их палкой. Однако каждый забег становился рискованным приключением.

До самого обеда без перерыва мы занимались отработкой комбинаций ударов и увеличения скорости. Еще и движения корпусом.

— Я поглядел, как ты боксируешь, — сказал Касдаманов. — Ты комбинатор, не лезешь на рожон, а стараешься думать головой. Ты выдумываешь финты и запутываешь противника. Это хорошо, но у этого стиля есть недостатки. Особенно если ты наткнешься на сильного упертого противника, который уйдет в глухую оборону и будет выжидать твоей ошибки. А потом положит тебя на настил метким ударом. И никакие увертки тут не помогут.

Я внимательно слушал его. Все верно, когда-то давно на соревнованиях в прошлой жизни я столкнулся с таким бульдогом. Он терпел все мои попытки вытащить его из глухой защиты, а потом улучил момент и уронил меня в нокаут удачным апперкотом.

— Либо, наоборот, ты можешь столкнуться с очень агрессивным бойцом с чертовски твердой челюстью, — продолжал Егор Дмитриевич. — Он будет переть на тебя, как танк, не обращая внимания на твои тонкости, и возьмет нахрапом. Стоит лишь немного растеряться перед таким, как он сразу сожрет тебя с потрохами.

— И что же делать? — спросил я напряженно. Обсуждался вопрос моей тактики, очень важный вопрос.

— Смотри сюда, — сказал тренер. — И слушай внимательно. Ты отлично уклоняешься от ударов противника, можно сказать, это твоя фишка. Но этого недостаточно для победы. Ты должен быть агрессивным контратакующим бойцом. Ты должен обескуражить противника своими уклонами, чтобы он не мог достать тебя, а потом резко и неожиданно вышибить из него дух.

Тут я понял, о чем он пытается мне втолковать. Все верно, он хочет, чтобы я двигался по рингу, как неуловимый зверь, сбивая противника с толку, а затем вдруг контратаковал. В моем весе это было как раз очень актуально. Вскоре в этом мире взойдет звезда Мухаммеда Али, который покажет, как надо танцевать смертельную пляску на ринге. Что-то вроде этого и предлагал мне освоить Егор Дмитриевич.

— Вот смотри, — сказал Касдаманов, коснувшись моего плеча, чтобы привлечь мое внимание, хотя я и так внимательно слушал его. — Помнишь, мы говорили с тобой о страхах, которые испытывает каждый боксер? Так вот, чтобы совладать с этим страхом, ты должен быть хорошо защищен от атаки противника. Причем все время, а не какую-то долю секунды. Нельзя идти на слишком большой риск, как это делают некоторые боксеры, полагаясь на открытую стойку. Ты смертельно рискуешь. Если ты ошибешься в таком случае, то получишь удар, который пробьет твою защиту. Это ослабит тебя физически и психически. Ты будешь сомневаться в своих силах и опасаться противника. Помнишь, это уже начало твоих страхов и сомнений, а значит, и начало поражения. Ты уйдешь в глухую защиту, но так бой не выиграть.