Книга Благородный вор, страница 56 – Алим Тыналин

Одно только левое слово от Рыжика и они бы напали на нас. Ничуть не пожалели бы. Мы с Ритом, скорей всего, отбились бы, но всякое может случиться. Рисковать не хотелось.

Но парни прошли первое испытание. Не пикнули ничего лишнего. Так что, в отношении них я до сих пор в сомнениях. Может, говорят правду. А может, лгут.

Впрочем, долго раздумывать не удалось. К утру мы очутились на прежнем месте. Том самом, откуда начинали поиски. Усталый Фролка уже не понукал лошадей.

Ездовые животные тоже набегались за ночь. К слову, честно говоря, манера извозчика управлять «фаэтоном» тоже меня слегка тревожила. Я думал, что лошади у него не выдержат долго своего темпа.

Но Фролка знал свое дело. Знал и лошадей. Видно, что животные у него чистые и накормленные. Не толстые, но и не худые. Хвосты и гривы расчесаны.

Голову держат высоко, людей не боятся. Короче говоря, извозчик ухаживал за лошадьми.

— Лошадь, она бегать должна, барин, — сказал он мне, когда мы остались вдвоем и я спросил, как долго у него держатся лошади. — Если чередовать отдых и бег, то лошадка долго прослужит.

Поэтому, за время наших ночных похождений, лошади устали меньше всех. Или, по крайней мере, выглядели гораздо лучше. Мы же были измотаны до крайности.

Дима Рыжик вместе с корешами отошел на минутку. Проверить последнюю возможность, как он выразился. Вскоре они вернулись. Хмурые и молчаливые.

— Нет его тут, прохиндея эдакого, — снова сообщил Димка. — Не ведаю я, куда он подевался. Где схоронился. Что теперь делать, ума не приложу?

Из-за угла дома вышли пятеро полицейских. Участковый пристав из местного участка с помощниками. Вернее, с околоточным и его городовыми. Мы даже ничего не успели сказать, как они тут же очутились рядом.

— Ну-ка, цыц, рванье, — сказал пристав. — Быстро с нами прогуляйтесь. Что-то, говорят, вы у нас тут шороху много навели. Пыль подняли, людей потревожили, всех разбудили. Сейчас мы узнаем, чего это вы тут разнюхивали.

Я покачал головой, давая Димке знак, чтобы не лез на рожон. Даже приложил палец к губам. Рит стоял спокойно, он на представителей власти никогда не прыгнет. Уважение к чинам у него в крови.

— Этих субчиков я знаю, — участковый безошибочно выделил из нашей группы Димку, Саню и Кольку. — С ними разговор раздельный. Муромцев, Пустельгин и Скороходов, ведите их в участок. Там допросим.

Служивые увели воришек. Те не посмели сопротивляться.

Участковый пристав зловеще посмотрел на Фрола. Тот опустил голову. Даже лошади перестали фыркать и трясти хвостами.

— Ты, «резвый», тоже с нами пойдешь. Перевозка преступников, это тебе не шуточки. Казанцев, садись с ним и тоже в участок. Только не в Марьинку, а в другой. Живо!

Другой полицейский прыгнул в «фаэтон».

— А вы как же, ваше благородие? — спросил он и кивнул на меня с Ритом. — Их же двое осталось. Не забуянят?

Пристав беззаботно махнул.

— Езжай уже. Найду, как справиться, если шалить начнут. Ты меня не знаешь, что ли, Казанцев?

Подчиненный не посмел возражать. Забрал Фрола и умчался, куда сказано.

Участковый повернулся ко мне. Пожал руку.

— Ну что, сударь расчудесный, опять свои темные делишки проворачиваем? Ох и чудак ты, Горский, ох и чудак! — он погрозил пальцем.

Знакомьтесь, это участковый пристав Детинцев Борис Николаевич, мой давний знакомый. Ну как, мой? Вернее, прежнего Горского.