Книга Оракул с Уолл-стрит 7, страница 77 – Алим Тыналин

— Срочная телеграмма в четыре адреса, — сказал я. — Лондон, Монреаль, Хьюстон и Вашингтон.

Через пять минут телеграмма ушла. Операция началась.

Завтра Восворт поймет, что его торжественный банкет стал не праздником победы, а поминками по Continental Trust.

Утреннее мартовское солнце еще не поднялось достаточно высоко, чтобы прогреть каменные стены здания Royal Bank of Canada на Брод-стрит в Нью-Йорке. Двадцатитрехэтажная башня из светлого гранита возвышалась над финансовым районом как северный форпост канадского капитала в американской экономике.

В половине девятого утра Джеральд Восворт, председатель совета директоров Continental Trust, прибыл в здание в своем обычном Duesenberg Model J цвета «полночный синий» стоимостью восемнадцать тысяч долларов. Шофер Джеймс остановил автомобиль у мраморных ступеней главного входа, где швейцар в ливрее с золотыми галунами распахнул дверцу.

Восворт поднялся на четырнадцатый этаж, где располагались офисы американского представительства канадского банка. Его сопровождали Генри Форбс, финансовый директор Continental Trust, и юрист фирмы Стивен Хатчинс, трое мужчин в безупречных темных костюмах от лучших портных Мэдисон-авеню.

Приемная Royal Bank встретила их атмосферой сдержанной канадской элегантности. Стены из темного ореха, персидские ковры с геометрическим узором, портрет короля Георга V в золоченой раме. За резным письменным столом красного дерева сидела секретарша, молодая женщина с аккуратно уложенными волосами и в строгом сером костюме.

— Доброе утро, джентльмены, — поприветствовала она с легким британским акцентом. — Мистер Маклеод ожидает вас в конференц-зале.

Они прошли по коридору, выложенному черно-белой мраморной плиткой в шахматном порядке. Высокие окна открывали вид на Уолл-стрит, где внизу спешили клерки и брокеры, неся портфели и утренние газеты.

Конференц-зал поражал размахом. Помещение площадью около восьмисот квадратных футов с потолком высотой двенадцать футов.

Овальный стол из канадского клена на шестнадцать персон, кресла обитые бордовой кожей, хрустальная люстра работы венских мастеров. На стенах висели карты Канады и гравюры с видами Торонто и Монреаля.

За столом уже сидели двое мужчин. Роберт Маклеод, управляющий директор нью-йоркского отделения Royal Bank, седоволосый шотландец лет пятидесяти пяти в строгом темно-синем костюме. Рядом с ним молодой человек лет тридцати в очках, представившийся как Эдвард Фрейзер, юрисконсульт банка.

— Мистер Восворт, — поднялся Маклеод, протягивая руку, — благодарю за то, что нашли время. Боюсь, у нас серьезные вопросы для обсуждения.

Восворт пожал руку, но его глаза выражали настороженность. За тридцать лет работы в банковской сфере он видел достаточно экстренных встреч, чтобы почувствовать опасность.

— Мистер Маклеод, надеюсь, речь не идет о каких-то проблемах с нашими корреспондентскими счетами?

— К сожалению, проблемы есть, — ответил Маклеод, жестом приглашая гостей сесть. — И весьма серьезные.

Фрейзер открыл толстую папку из черной кожи и извлек документ на официальном бланке Royal Bank of Canada. Печать банка красовалась в правом верхнем углу.

— Мистер Восворт, — начал юрисконсульт, — Royal Bank of Canada через канадскую инвестиционную компанию «Greystone Financial Corporation» приобрел долговые обязательства Continental Trust и связанных с ним компаний на общую сумму сто двадцать семь миллионов четыреста тысяч долларов.