Книга Оракул с Уолл-стрит 7, страница 73 – Алим Тыналин

Айвс изучал список имен:

— Это означает, что операцию нужно проводить в абсолютной секретности. Если хоть один из этих людей узнает о планах, Continental Trust будет предупрежден.

— Именно поэтому, — сказал Уилмер, — к операции допущен только узкий круг проверенных агентов. Приказы об арестах будут переданы в последний момент.

Встреча с Секретной службой продлилась полчаса. Когда все детали были согласованы, агент Коллинз отвез меня к другому зданию, неприметному офису на Чэмберс-стрит.

Здесь меня ждал прокурор Макрейди в сопровождении своего заместителя, молодого человека с острым взглядом.

— Мистер Стерлинг, — сказал Макрейди, — встречайте помощника окружного прокурора Томаса Дьюи. Он будет вести дело Continental Trust в суде.

Дьюи выглядел амбициозным юристом, готовым сделать карьеру на громком процессе.

— Мистер Стерлинг, — сказал он, — ваше дело может стать самым важным антимонопольным процессом в истории. Но нужны железобетонные доказательства.

— У меня есть финансовые документы, свидетельские показания, записи телефонных разговоров, — ответил я. — Все, что нужно для обвинения.

Макрейди наклонился вперед:

— А что с политическими связями Continental Trust? У них много друзей в Конгрессе.

— Тем больше резонанс будет от их падения, — сказал я. — Американский народ должен знать, как коррупция разъедает финансовую систему страны.

Дьюи внимательно слушал каждое слово.

— Надо ударить одновременно по всем направлениям, — сказал я. финансовая атака. Четверг утром — аресты. К полудню четверга Continental Trust перестанет существовать как финансовая сила.

Встреча с прокурорами завершилась к половине третьего ночи. Когда я наконец вернулся домой, на улице уже начинался рассвет.

Налив себе виски, я сел в кожаное кресло у камина и в последний раз мысленно прошелся по всему плану. Канадцы обеспечат финансовую поддержку. Секретная служба проведет аресты. Прокуратура возбудит уголовные дела. Газеты опубликуют компрометирующие материалы.

Сна почти не было. В восемь утра я встал и принял горячую ванну, обдумывая каждую деталь предстоящего дня.

Через четыре часа мне предстояло сыграть самую важную роль в жизни. Сегодня я стану актером, играющим перед самой взыскательной публикой, финансовой элитой Нью-Йорка.

Для роли «разорившегося банкира» я выбрал темно-коричневый костюм тройку, который носил в первые месяцы работы на Уолл-стрит. Хорошая ткань, но уже не модного покроя.

Белая рубашка с простыми пуговицами из рога, а не из перламутра. Галстук в мелкую полоску, консервативный, почти скромный. Карманные часы оставил дома, взяв вместо них простые наручные Waltham.

Даже ботинки подобрал соответствующие, черные оксфорды с признаками частой носки, хотя и тщательно начищенные. Образ человека, который пытается сохранить респектабельность в стесненных обстоятельствах.

Завтрак принял основательный, овсяную кашу с молоком, яичницу с беконом, тосты с джемом. Сегодня предстоял долгий день, и нужны силы для последнего акта великого представления.

В четверть девятого прибыл к банку пешком, а не на автомобиле. Еще одна деталь образа, экономия на личных расходах. Хотя охрана незаметно продолжала контролировать подходы.

У входа меня встретил швейцар, пожилой немец Густав, который работал в банке с самого его основания.